Весеннее обострение

Не понимаю, чем это от смерти отличается? Никто ведь будить меня не собирался.

— А может быть, он и собирался, — предположил я. — Он же у нас хитрый перец. Мир завоевать планировал, вот тут ты бы ему и пригодилась.

— Мир завоевать… Мы с ним встречались и по этому поводу, — с горькой усмешкой произносит волшебница, но я не успеваю спросить, что она имела ввиду, потому что Саффа тут же продолжает, — К счастью теперь я уже никому не пригожусь в качестве волшебницы, и может быть от меня шарахаться перестанут.

— Бедная моя птичка, как тебя достали! Ты даже от магии готова отказаться, лишь бы тебя оставили в покое.

— Знаешь, Лин, это порядком надоедает. Маги общаются со мной только по большой необходимости, да и то предварительно обвешавшись всеми известными защитами, а заодно и защищающими амулетами. Даже Юсар. Хотя мы уже четыре года вместе работаем.

— Да уж, Юсар очень ценный экземпляр для коллекции коварной Озерной Ведьмы! — ядовито заметил я. — Нашелся, ёптыть, бриллиант артефактный!

— Ты бы и сам себя так вел, если бы с самого начала знал кто я!

— А вот и нет! Я не настолько глуп! И, кстати, если бы я знал, то мне также было бы известно, что отец за тебя поручился, и вряд ли я бы боялся. Скорее наоборот, проявлял повышенный интерес…

— Ну конечно, как бы Лин Эрраде смог обойти стороной такой редкий экземпляр — Озерную Ведьму? — проворчала Саффа.

Так, кажется, пора заканчивать этот разговор. А какой у нас самый лучший способ заставить даму замолчать? Правильно, надо нашептать ей на ушко о том, какая она вся замечательная и насколько мне плевать, кем она является, а потом поцеловать. А то непорядок, получается — жениться на девушке собираюсь, а у нас всего-то и было что один поцелуй в дворцовом саду.

Ну и вот, целуемся мы, значит. Саффа лежит на диванчике этом, подушки все оставшиеся на пол отправились, чтобы место не занимать, я над ней, то есть, можно даже сказать, на ней, и уже точно уверен, что под балахоном этим у нее ничего не надето. Я уже почти окончательно голову потерял — практически обнаженная девушка моей мечты подо мной соблазнительно изгибается, жадно отвечает на мои поцелуи и, кажется, уже сама готова сорвать с себя одну единственную тряпку, на ней надетую. И вот в этот самый интересный момент Юсар подал признаки жизни. То есть застонал. И не просто застонал, а картинно так, простонал вполне внятные слова:

— Лин, а ведь ты до этого не знал, кто такая Саффа. А мне соврал, что знаешь.