Комендантский час

– У меня, к сожалению, ничего нет.

– Если бы я на таких, как ты, надеялся, – Парамонов встал, одернул гимнастерку, – давно бы ноги протянул. Я сейчас.

Он вернулся минут через десять. В одной руке Парамонов нес чайник, в другой – что-то завернутое в газету.

– Ну, давай. – Он расстелил чистую бумагу, поставил банку консервов с яркой этикеткой.

– Ух ты, – удивился Игорь, – что это?

– Ну, консервы, колбаса американская. Вкусная, прямо сил нет.

– Я такой и не пробовал.

– А она только что и появилась.

 – Парамонов взял банку, и Игорь увидел сбоку, прямо на ней ключик. Борис повернул его, и жесть, закатываясь в трубочку, начала освобождать крышку.

– С умом делают. Вот сейчас в Москве появились консервы ихние, колбаса, тушенка свиная, сало консервированное, шоколад. Машины грузовые. Между прочим, в каждой, говорят, кожаное пальто лежит.

– Я тоже думаю. Наливай чай. Вот сахар в пакетике.

Игорь разлил чай, насыпал в кружки коричневатый крупный сахарный песок. До войны он такого и не видел никогда.

Чай сразу помутнел, покрылся сероватой пенкой.

– Ничего, – Парамонов взял кружку, – зато он сладкий, лучше, чем сахарин. У меня от этого сахарина во рту кисло становится, словно я лимон со шкуркой съел.

Игорь сглотнул слюну, следя за Парамоновым, который резал красноватую, покрытую желе колбасу. Несмотря на подозрительный цвет, колбаса оказалась удивительно вкусной.

– Подходящий. Это ты что, спроворил где или из пайка?

– Колбаса-то? Пайковая. Видишь, наклейка какая? Помощь от союзников.

Я вчера газету читаю, смотрю, сводка с ихнего фронта. В Месопотамии стычки патрулей, несколько раненых. И колбаса эта. – Парамонов повертел банку в руках. – Стычки, колбаска. Легко воюют, чужими руками, кровью чужой, а как мы немцу хребет сломим, так они сразу заорут: мы тоже, мол, дрались… Баночками этими. Как думаешь?

– А что думать? И я читал. О том, что на фронте появляются части из армии Роммеля, которая в Африке. Значит, могут они оттуда дивизии снимать, раз там только стычки патрулей.

В общем, противно.

– Это ты точно сказал – противно. За консервы, конечно, спасибо, – Борис бросил пустую банку в корзину с мусором, – но история всем воздаст.

– При чем здесь история, – сказал Игорь, – разве в ней дело… Нам о сегодняшнем дне думать надо. Самим, без их консервов и патрулей.

– Товарищ Муравьев, соединяю вас с майором Королевым.

В трубке щелкнуло, и Игорь услышал Королева.