Свобода Зверя

И, приблизившись к залу, он одним своим присутствием начал инициировать Портал.

Пока остальные удерживают Мантикору, я обязана, я должна, мне необходимо решить вопрос с Итаном.

Развернутые крылья Мантикоры оказались испещренными длинными

параллельными разрезами. Похоже, сфинкс не легко уступил сестре право выхода. Но уступил.

И теперь она обозревала владения.

- Людди и скотт, - хрипло пророкотало в пещере, - и толькко оддин ребеннок. Больной, одноцветтный.

Укоризненно добавила она, глядя на Криса.

Тот показал ей зубы и трансформировался в боевую ипостась. У меня не было времени изумляться, разум просто отметил тот факт, что белая личина выглядела намного привлекательнее, нежели бывшая черная. Тонкая изящная фигура с нежным жемчужным лицом и шелковым шатром ночных волос. К вампиру танцующей походкой легко подошел Акула и одобрительно похлопал его по плечу, оставшись рядом.

Мантикора посмотрела на вскинувшего когти вампира и вдруг закашлялась. С трудом в этих шипяще-режущих звуках можно было распознать смех.

- Печатть, - проскрежетала она сквозь смех, - разрушшь печать, Дитя.

Акула поднял кулак, чтобы ударить Криса по голове, но тот оказался быстрее, вдруг почти тенью метнувшись к сталагмиту с руной. Видящий предугадал подчинение, на которое Мантикора даже не напрягалась. Она лишь лениво отбрасывала крыльями и лапами набегающих противников и ждала, когда ее Дитя придаст ей нужных сил. Значит, сама она к печати подойти не может...

А Видящий предсказывает, но тоже сам мало что делает, не может.

Что говорил нам Акула перед битвой. Столько всего и все оказалось важным.

Я поддерживала лапами голову стонущего Итана и напряженно вспоминала. Он говорил, что Итан своей волей удерживает древних. А еще - близнецы были в своей закладке мира, но выходили там же где звери.

Я закрыла глаза и пошла внутрь. «Поведи меня, покажи где ты ходишь», -уговаривала я пантеру. - «Где наш тигр, он совсем один против сфинкса».

Внешние шумы становились все глуше.

Я проваливалась в темное безымянье внутри теплой кошачьей шкуры.

Вокруг появились огоньки, но пантера уверенно шла на конкретный один. С каждым мгновением я все меньше чувствовала себя хозяйкой тела и все больше наблюдательницей. В закладке миров не я управляла ситуацией.

Пантера перешла на бег и буквально ворвалась в бликующий, пыльно-серый мир. Рядом с полуразрушившейся аркой, сложенной из костей вперемешку с камнями, бились двое.