Зубы дракона

Затем он снова открыл глаза и опустил взгляд.

И тут он увидел то, что Хейке видел раньше этим днем.

Ужасный человек на холме оказался сейчас у него за спиной, он не хотел смотреть в его сторону. Вместо этого он развернулся к горам по другую сторону эшафота, к карстовым холмам посреди леса.

Первым и единственным из рода Людей Льда он увидел то место, которое служило пристанищем Тенгелю Злому.

Он захотел передать свое знание дальше, рассказать об этом кому-то…

— Хейке, .. — прошептал он.

Но мальчик был уже далеко, он не мог перенять это знание. Он не понял, что ему довелось увидеть. Это понял только Сёльве.

Хейке остановился и обернулся. Виселица уже скрылась из виду. Он услышал только сильный шум, как будто разом выдохнула та толпа людей.

Хейке не понял, что это значит, да оно и к лучшему.

Но он замер, почувствовав, как внутри нарастает горе. Инстинктивно он догадался, что никогда больше не увидит Сёльве.

Он успел забыть, с какой силой ненавидел своего мучителя. Единственное, что ему запомнилось, так это увлекательные рассказы о Людях Льда, участником которых становился он сам.

Он должен вернуться к истокам, говорил ему много раз Сёльве. Хейке тоже хотел этого. Но сейчас ему казалось, что перед ним бесконечный путь. Он вспомнил дорогу из Вены, продолжавшуюся год. А Север ведь даже дальше, чем Вена, говорил Сёльве.

Как он осилит этот путь? Без пищи, без всего?

А как он проберется мимо всех этих людей, которых он так боялся, ведь их так много на свете?

Они так плохо обошлись с Сёльве!

Хейке чувствовал себя усталым и бессильным. Он ничего не знал об окружавшем его мире, который пугал его до смерти.

Елена и Милан наблюдали за казнью с вершины холма посередине леса. Им было очень неприятно видеть то, что произошло. То, что должно было произойти.

— Господи, а это еще что?

В их сторону двигалось что-то, что Милан принял сначала за животное. Он никак не мог понять, что это. Быть может, это злая душа повешенного, или?..

— Это тот мальчик, — прошептала Елена. — Благодарю тебя, дева Мария! Будь острожен, Милан, он не знает людей. А мы не знаем, что он может выкинуть.

Милан с изумлением смотрел на странное существо, приближавшееся к ним на четвереньках.

— Боже мой, — шептал он, — Боже, Боже мой!

Они замерли в неподвижности.

В этот момент и Хейке заметил их. Он резко остановился и, похоже, собрался уже пуститься в бегство, когда они заметили, как в его заплывших глазах мелькнул огонек узнавания. Он не мог отвести глаза от Елены.