Золушка в шоколаде

Решила, потом оправдаюсь, через месяц-другой Ия Вадимовна слегка в себя придет, вот тогда и побеседуем. Не нужен ей после кончины любимой дочери еще один стресс.

– Ты осуществила свое намерение?

Собеседница отрицательно покачала головой.

– А почему?

– Поняла, что Ия Вадимовна мне не поверит, – энергично затараторила Лида. – Снимки-то, ну те, где Евгений в непотребном виде, у Зои остались. Куда она их сунула, не знаю, доказательств у меня не было!

– Фото можно еще раз заказать.

– Так ведь дорого! Зоя умерла, пусть Ия Вадимовна думает, что хочет, – насупилась Лида. – Меня ее мнение не волнует, я хотела с лучшей подругой отношения восстановить, а не с ее матерью.

Мое терпение лопнуло.

– Думаю, ты сейчас лукавишь!

Глаза Лиды округлились.

– Я всегда говорю только правду.

– Не упрекаю тебя во лжи, просто ты недоговариваешь. Небось догадалась, что Зоя в запале выложила Алле информацию до донышка, не забыла упомянуть и про ворованные драгоценности. А заботливая сотрудница бюро ритуальных услуг начала отрицать очевидное. Примерно представляю, что она говорила Зое: «Мальчика, моего сыночка несчастного, содержать надо, из нужды я пошла на воровство… Я жертва трагических обстоятельств…» А затем Алла сообщила своему подельнику о беседе с Крон. Вот Зою и убили, чтобы не болтала. Ты же испугалась и притихла, а сейчас, когда меня увидела и узнала, что Ия Вадимовна детектива наняла, вновь перетрусила и надумала откровенничать. Верной же подругой ты Зое была…

Лида открыла рот, потом закрыла его, обхватила голову руками и заплакала.

– Я не хотела… случайно сказала… Зойка убежала… зеленая вся стала… она у нее прятала…

– Что?

Лида затряслась крупной дрожью.

– Зойка сказала… она… не… а… о…

– Говори внятно!

Лида схватила со столика посудное полотенце, с шумом высморкалась и неожиданно спокойно продолжила:

– Когда Зоя про кражи узнала, ей сначала плохо стало. Заколотило ее, заколбасило…

Лида бросилась к подруге, стала ее уговаривать:

– Ты тут ни при чем, выгони Алку навсегда из своей жизни, забудь ее, как жуткий сон!

А Зоя вдруг сказала:

– Алла живет одна, дверь у нее в квартире хлипкая, она боится воров, поэтому принесла мне коробочку с украшениями покойной мамы. Алка их постоянно в ломбард таскает, то заложит, то выкупит. Она очень просила никому об этом не рассказывать, вот я и молчала. Хотя что стыдного в бедности? Но теперь я понимаю – она у меня дома ворованное прятала!

– Вот сука! – подпрыгнула Лида.