Господин Зима

Кто я?

В памяти осталось имя Тиффани. Надеюсь, это я и есть.

Вокруг белым-бело. Так со мной уже было однажды. То ли сон, то ли воспоминание, то ли ещё что-то, для чего у меня нет слов. Вокруг падала белая белизна. И оседала вокруг, и росла, и поднимала меня вверх. Это… это мел холмов рождался и рос в безмолвии на дне давно не существующего моря.

Вот что означает моё имя.

Земля Под Волной."

"Тут-то к ней вернулись цвета, накатили и вспыхнули в голове. По большей части – красным огнём гнева.

Да как он посмел!

Он убил ягнят!

Матушка Болен не допустила бы такого. Она ни одному ягнёнку не дала умереть. Она умела возвращать их к жизни.

Не надо было мне вообще уезжать, подумала Тиффани. Возможно, лучше было остаться и попробовать чему-то научиться без чужой помощи. Но если бы я осталась, кем бы я была сейчас? Была бы я собой, знала бы всё то, что знаю? Была бы я к сегодняшнему дню такой же сильной, как бабушка, или уже превратилась бы в злобно хихикающую ведьму? Ладно. Я буду сильной.

Слепую стихию, губящую всё живое, можно только проклинать, но когда эта стихия ходит рядом на двух ногах – это уже война. И скоро стихия крепко пожалеет!

Тиффани попыталась пошевелиться, и на этот раз белизна вокруг поддалась. То, что окружало её, на ощупь казалось смёрзшимся снегом, но она не чувствовала холода. Стена снега перед ней упала, освободив проход.

Снаружи тянулся куда-то далеко-далеко гладкий полупрозрачный пол. К высокому потолку, затянутому туманом, вздымались колонны.

И ещё там были стены, сделанные из того же самого материала, что и пол. На вид они были изо льда, Тиффани даже разглядела пузырьки в их толще, но на ощупь оказались совсем не ледяные, просто прохладные.

Тиффани стояла в огромном зале. Мебели не было, совсем. Этот зал был из тех, которые строят, чтобы похвастаться: смотрите, сколько места я могу позволить себе никак не использовать!

Её шаги отдавались эхом. Да, зал был пуст, ни единого стула. А если бы она и нашла стул, удобно ли было бы на нём сидеть?

Наконец Тиффани отыскала лестницу, ведущую наверх (а если смотреть сверху – то вниз). Поднявшись, она очутилась в другом зале. Там всё-таки обнаружилась мебель – кушетки вроде тех, на которых полагается возлежать томным красавицам. И ещё были вазы, огромные вазы и статуи, всё из того же неледяного льда.