Клянусь этой жизнью (ЛП)

Пилоты просто пытаются найти правильное воздушное пространство.

Он приобнял меня. Я посмотрела на его тщательно уложенные седые волосы, чисто выбритое лицо и кристально искренние голубые глаза. Я предположила, что ему было за пятьдесят, но он очень хорошо заботился о себе.

— Спасибо, — прошептала я.

— Все хорошо. У меня дочь примерно вашего возраста. Ей тоже не нравится летать.

Самолет выровнялся.

— Блин, такое впечатление, что только-только разобралась со своими проблемами — и вот в следующую секунду я несусь к земле горящим камнем.

— Моя дочь тоже любит драматизировать, — сказал он.

Я рассмеялась. Нервы сдавали.

— Она писательница?

— Нет, рисует.

Мы одновременно сказали.

— Художница.

Позже, когда мы выходили на трап, мужчина помахал на прощание, а затем повернулся и сказал.

— Надеюсь, она окажется какой, как вы мечтаете.

— Кто — она? — спросила я.

— Ваша будущая жизнь.

Я подумала, что это хорошее чувство, но не могла не сказать:

— Ну, мы ведь не узнаем до самого конца, не так ли?

— Туше, — сказал он.

Пока ждала в очереди на аренду автомобиля, я написала Джейсу, чтобы узнать его адрес, и он прислал его мне. Я сказала, чтобы ждал доставки примерно через тридцать минут.

Я арендовала малолитражку, и, к моему величайшему удовольствию, парень из «Avis» подогнал блестящую красную машинку — специально для меня.

Пляжный домик Джейса оказался маленьким коттеджем на краю света, прямо на обрыве, где можно было увидеть только океан и бескрайнее ничто пустого неба. Я подбежала к входной двери как раз в тот момент, когда он распахнул ее.

— Господи, многовато же времени тебе понадобилось, черт возьми! — воскликнул он.

— Я здесь!

— Женщина, как же медленно ты читаешь! Нам надо поработать над этим.

Прямо в дверном проеме мы поцеловались, целовались и целовались, пока я не отпрянула. Вытащила его дурацкую книгу из сумочки и провозгласила.

— Это не о нас!

— Могло быть о нас, — сказал он.

— Но не будет.

Эпилог"

"Мы и сейчас живем в том коттедже. Пишем, и целуемся, и всякие другие штуки тоже делаем.

В нашем доме нет телевизора. Джейс научил меня смотреть на океан и представлять все, что мне будет угодно.

Примерно через три месяца после того, как я переехала к Джейсу, он сказал.

— Хочешь жить тут со мной всегда?

— Как минимум по девять месяцев в году.

— А чем мы будем занимать остальные три месяца?

— Надо же, ты до сих пор умеешь считать, дурашка. Я восхищена.

Мы сидели в креслах, наблюдая закат.

— У тебя волосы растрепались, Медуза.