Клянусь этой жизнью (ЛП)

Она оглянулась, чтобы убедиться, что никто не смотрит, а затем повернулась ко мне и пожала плечами.

— Не беспокойтесь об этом. Я продам вам так. Ну, давайте.

Она взяла мои десять долларов и протянула мне кроссовки и книгу.

— Спасибо, я очень ценю вашу помощь."

"— Пожалуйста. Наслаждайтесь книгой. Кажется, моя мама ее читала. Да, точно, читала. Она сказала, что книга очень милая.

— Я точно прочту ее.

Что я и сделала. Прочитала ее в один присест, сидя в пустой гостиной своей квартиры.

Первые десять глав были обо мне и Джексе, нашей жизни в конце грунтовой дороги, хотя он, конечно, использовал другие имена.

Джон и Элли. Они прошли через все трудности, как и мы, но, в отличие от нас с Джексом, никогда не расставались. Они всю жизнь жили как два влюбленных ребенка. Путешествовали по миру, у них были дети, и во всех своих приключениях они ни о чем не жалели.

Это была короткая и, честно говоря, скучная история. Но в финале я плакала.

Глядя в зеркало, я изучала свое постаревшее лицо и морщины как напоминания о невзгодах, через которые я прошла.

Была ли книга способом Джекса воплотить в жизнь свою мечту о нас? Просто большим «а что, если»? Что, если бы я не привела к нам полицию? Что, если бы я не вышла замуж за Дэвида? Что было бы с нами? Мы бы закончили как Джонни и Элли?

Моя жизнь была так наполнена сожалениями, что я не знала, смогу ли двигаться дальше.

Глава 14. Процесс восприятия

Я ворочалась всю ночь и, наконец, уснула в четыре утра. Не могла выкинуть эту историю из головы. Оставалась одна глава.

Собиралась ли Эмерсон покончить с жизнью? Не поэтому ли Кара считала книгу грустной? Или это потому, что у Эмерсон было так много сожалений? Почему все называли историю трагичной? Я хотела узнать, но была слишком напугана, чтобы читать дальше.

Я проспала два часа и проснулась от звонка Тревора.

— Привет? — сказала я неуверенно.

— Ты почему вчера не позвонила?

— Прости, была занята. Виделась с папой и с матерью.

— И…

— Тяжелые были дни, я до сих пор пытаюсь во всем разобраться.

— Просто будь на связи, Эми, ладно? Чтобы я знал, что ты в порядке.

— Хорошо.

Собравшись, я упаковала вещи и семь часов ехала до Нью-Клейтона, где проживали Джесси и Боннеры, также известные как София и Келлеры.

Дом был точно таким же, как раньше: совершенно нетронутый, желтый, в викторианском стиле и с белой отделкой. Миссис Боннер открыла дверь и оживилась, когда поняла, что это я.

— Ну, здравствуй, Эмилин! Давненько я тебя не видела. Ты хорошо выглядишь.