Серые пустоши жизни

Оглянувшись, девушка увидела, что Орихат уже успела усесться на лицо Ларны, и желание оказаться на месте своей госпожи стало совершенно нестерпимым. «Но вот же, вот, прямо перед тобой… – сказал внутри нее непонятно чей голос, то ли ее, то ли еще чей-то. – Ну давай, не трусь, вперед Сириин… И госпожа после этого станет тебе доверять…» Но, несмотря на этот голос и на нестерпимое желание, рабыне все же было очень и очень страшно. Она попыталась наклониться поближе к половой щели рыжей стервы, как Сириин, про себя, конечно, продолжала называть свою госпожу, но не смогла, спина как будто одеревенела. Когда же девушке все же удалось пересилить свою нерешительность, произошло неожиданное – руки Нарин вдруг поднялись, легли на ее затылок и вдавили ее носом прямо в то место, к которому она все еще боялась дотронуться… Сириин, отчаянно взвизгнув, вырвалась и отпрыгнула в сторону. Рыжая, удивленная этим криком, выбралась из-под кончившей, наверное, впервые в жизни, разомлевшей донельзя Милаит, и огляделась по сторонам. Увидев в уголке сжавшуюся и всхлипывающую Сириин, Нарин досадливо хлопнула себя рукой по колену.

– Извини, пожалуйста, – севшим голосом попросила она. – Я не хотела тебя обижать, я думала, что это Ларна или Орихат играют… Чего ты туда полезла-то?

– Мне-е-е хо-о-оче-е-тся-я-я… – сквозь всхлипыванья выдавила из себя рабыня. – Лизать хочется… Я с ума сошла, да?

– Глупенькая ты моя… – подошла к ней вставшая Ларна, и все засмеялись. – И хорошо, что хочется! Делай, раз хочется!

– Правда? – нерешительно посмотрела на нее Сириин. – И вы мне за это не отрежете?

– Понадобится для дела – отрежу! – жестко ответила она. – Но просто так, только за то, что и сама обожаю делать? Никогда!

Рабыня недоверчиво, исподлобья посмотрела на нее, припоминая в который раз все то, что видела. Ларна, внимательно наблюдавшая за ее реакцией, поняла, что та ей не верит. Значит, дурочка считает, что можно было поступить и по-другому? Зря. Она наклонилась над своей одеждой, взяла кинжал и протянула его рукоятью вперед. При виде блестящего лезвия Сириин просто побелела.

– Если ты считаешь, что сегодня я была не права, – еще жестче сказала Ларна, – и даже ради дела не имела права поступить так, как поступила, то бери кинжал и урезай меня. Ну, слышишь, что я тебе говорю?!

После ее слов в комнате воцарилась мертвая тишина, рабыни даже пооткрывали рты от дикого предложения. Все смотрели на Ларну, в глазах которой горел огонек безумия.