Серые пустоши жизни

От ударов его кулаков уже лопались камни, но он не щадил себя, становясь воином, каковых мало было даже среди легендарных хралов. Лишь глаза его оставались пустыми, в них не отражалось ничего – ни горя, ни радости.

И ранней весной, ровно через год после того, что с ним сотворили, тот, кого когда-то звали Риархом, уже не таясь, вышел к костру каких-то отщепенцев. Так как он был обнажен, и его уродство было видно всем, вожак бандитов тут же предложил ему заняться своим делом с его людьми. Человек убил вожака одним ударом. Но ему пришлось убить еще пятерых, прежде чем остальные склонились перед ним. А затем мститель сказал оставшимся в живых:

– Я приведу вас к величию! Вы не будете больше изгоями, ибо мы отменим все те жуткие, омерзительные законы, из-за которых вы ими стали! Для нас более нет законов, данных магами! У нас будут свои.

И люди пошли за ним, пошли непонятно почему, ведь он не говорил им ничего особенного. Может быть, бешеная убежденность в своей правоте и страшной силы аура власти, окружавшая этого человека, сыграли свою роль? Кто знает… Седой, как сперва прозвали своего нового вожака бандиты, не знал ответа на этот вопрос, да, впрочем, и знать не хотел. Он просто делал то, что был должен. За месяц новый вождь объединил вокруг себя все окрестные шайки изгоев, создав абсолютно преданное лично ему войско, и повел их на ближайший из кланов. И во время боя с его рук впервые сорвались и пошли на врага огненные струи, и он погнал перед своими воинами стену пламени. Так он получил свое имя – Несущий Пламя. Клан за кланом падали перед ним на колени, вожди многих приходили на поклон к пришедшему из ниоткуда великому вождю и приводили с собой своих воинов. Как снежный ком росло идущее на юг войско Несущего Пламя, с каждым днем разрастался огонь восстания. И через несколько месяцев за ним уже шло полторы сотни тысяч сабель. Но легенды опережали его путь и те кланы, которые хотели быть с ним, приходили, а остальные отходили под прикрытие несокрушимых стен Короматтера, гигантского города на южном побережье. Лишь некоторые вожди осмеливались давать бой на своей земле, и среди них оказался клан Черных Волгхоров. Несущего Пламя колотило от волнения, когда его воины вступили на плоскогорья, знакомые ему с детства. Но уже вечером того же дня перед ним швырнули на колени плененных шамана и вождя его родного клана. С нечеловеческим спокойствием предводитель восставших взирал на знакомые до мельчайшей черточки лица.