Серые пустоши жизни

Хранитель Серого Меча повернулся к другим ожидающим монархам и тем же ледяным голосом проскрежетал:

Шах Кандагар до глубины души был потрясен увиденным – истинный Владыка стоял перед ним, свершалось то, о чем он едва ли смел мечтать дикими бессонными ночами. Он хотел было уже рвануться к Хранителю и стать перед ним на колено, но толстый Тортфир опередил его и кинулся на колени перед повелителем, трясущимися руками вытаскивая свой ритуальный мечишку. «И тут опередил, сволочь толстая!», – мелькнула у шаха досадливая мысль.

И вновь звучали слова присяги, и грохотал беззвучный гром, пронизывающий каждого до костей. И толстяк, повизгивая от ужаса, отполз обратно, искоса поглядывая на своего Повелителя. Кандагар подошел к Владыке и, с восторгом взирая на него, встал на одно колено. Он произнес свою клятву с радостью и достоинством, хотя и прекрасно понимал, что грядет страшная война. Но ничего уже ни имело для него никакого значения – его жизнь необратимо изменялась. И вновь грянул беззвучный гром, пронзивший тело Кандагара ледяным холодом, и он почувствовал себя как-то иначе. Встав на ноги, шах с достоинством поклонился своему сюзерену и вернулся к своей свите.

Йаарх не понимал, что с ним творится. Тело не слушалось его, делало и говорило что-то само, без его участия. Он пытался позвать Меч, но тот не откликался, не слыша голоса Хранителя. И меч тут был ни причем, это почему-то Хранитель знал твердо. Совмещающий Разности и сам пытался понять, что же происходит с его подопечным. Вокруг него клубилась жуткая, невероятная сила. Такого, до Объединения, быть просто не могло. Но было… Меч внутренне поежился – кажется, ему достался Хранитель, каких еще не бывало.

И в этот момент чуждая сила покинула Йаарха.

Ни тот, ни другой конечно не могли знать, что именно в этот момент прекратил бесноваться над озером Соухорн, выливая свое горе от нелепой смерти любимого ученика в дикой ярости, Серый Дракон. Старик даже не подозревал, как повлияла его ярость на носителя Серого Меча. Власть над своим телом вернулась к Йаарху, и он зашатался от слабости, в глазах стало темно. К нему тут же рванулись Морхр со Свирольтом и поддержали под руки.

– Что с вами, Владыка? – встревожено спросил король.

– Пи-и-ить… – только и смог прохрипеть он осипшим голосом.

Морхр махнул рукой, и кто-то тут же подал Йаарху большой бокал молодого вина. Он выпил все залпом и протянул бокал за добавкой.

«Парень! – раздался в его голове голос Меча.