Вкус к жизни

– Боже, у вас такая большая семья! – успела я по-доброму улыбнуться, прежде чем игра света и тени выдала мне присутствующих. – Привет… – растерянно потянула я, глядя на уставившихся в мою сторону собравшихся, и вот тогда Мартин вошёл.

Он обвёл семью страшно любвеобильным взглядом, от которого лично я дёрнулась повторно.

– Салют, – без особой радости бросил он и многозначительно поджал губы.

Агнесса Львовна царственно вплыла в гостиную. Женщина несла себя уверенно, на лице ни следа недавней ссоры с сыном. Это вселяло надежду, и я тоже улыбнулась. Глянув на свои босые ноги, пошевелила всеми пальцами разом и тягостно вздохнула, понимая, что распрощаться с носками явно поторопилась. Именно в этот момент краем глаза я заметила развешенную всё в той же европейской традиции ленту с рождественскими носками. Красные, зелёные и даже жёлтые в белую полоску они были ощутимо натянуты и наверняка хранили ценные подарки.

– Ох, Агнесса Львовна, придётся мне вас ограбить! – громогласно заявила я, заставляя гостей дома переключиться с Мартина и его матери снова на меня.

Гнетущее молчание было разбавлено волнительным шепотком, когда я, со словами: «Пусть пока подсохнут», положила свои носки на каминную полку, выполненную в чёрном мраморе. Ну и, разумеется, шепоток усилился, когда взамен своих, я сняла с прищепок рождественские носки. Яркий красный и сочный зелёный. Вызывающий и идеально подходящий случаю комплект! Первый хранил в себе удлинённый футляр из белого бархата. Приоткрыв его, я умилительно ахнула.

– Агнесса Львовна, мне очень жаль… – извинительно сдвинув брови, я вздохнула. – Кажется, это вам! – прикусила я губу, демонстрируя присутствующим страшно дорогой браслет.

А вот во втором был брелок от авто, и я усмехнулась самой себе: очередная «Ламба» для богатенького мальчика.

– А это, я так полагаю, Андрею… – подбросив находку в воздухе и поймав её, брелок я отправила на ту же полку, что и свои носки.

Мартин хмыкнул, Андрей напряжённо раскраснелся, Павел… Астафьев заскрипел зубами так, что его стоматолог мог бы прослезиться. Ну а строгий мужчина во главе стола равнодушно повернулся к жене.

– Несси, что здесь происходит? – озадачился он жутко почтительным тоном, который выдавал в нём закоренелого аристократа.

Пользуясь всеобщим замешательством, я торопливо натянула носки и поспешила к Мартину, который уже протянул мне руку. Я вцепилась в неё, как в единственное спасение, и уверенно шагнула к столу.