Право на жизнь (СИ)

Что касается Империи и Самаконы, то тут с «ближним кругом» все понятно — костяк правящих семей. Шестеро южан: сам шах Джемрен, его яркая красавица шах-ханим — та самая ясноглазая Элмас и четверо их детей. Двое сыновей, причем с одним я уже знакома, Джааль даже кивнул мне с улыбкой. Второго по имени не знаю, это, стало быть, наследник шаха, раз Джааль второй сын. Дочери-близняшки совсем молоденькие, но возраст определить не берусь — южане рано взрослеют. Может, им четырнадцать, а может и все двадцать.

Но тоже красавицы, глаз не оторвать. Чуть жеманные, кокетливо смотрят из-под густых ресниц, знают ведь уже, какой силой их красота обладает!

В Империи с наследниками пожиже. Так что семья рес Данлавин представлена всего в четырех лицах: император Нердес, его сдержанная и тихая супруга Анневьев, принц Аландес. И младший брат правителя, куда без него — его светлость арн Шентия.

По логике вещей, от Леса должен быть только астарх со своим трианглом. Хельтинге здесь, а кто у них третьим — неведомо.

Анхельм спросил вчера Мексу, где недостающее звено, но та в своей манере туманно ответила: «В их сердце». Как хочешь, так и понимай. Но причем тогда мы? Мекса хоть и старшая дочь астарха, но не единственный ребенок. А вот братьев здесь не наблюдается. Зато мы с Хельме, парочка безвестных студентов, сидим тут с вершителями судеб на равных. Где разум, где логика? Никогда их уклад не смогу понять…

Атмосфера напряженная, хоть все и улыбаются.

Ежу понятно, именно за такими «неформальными» трапезами и выстраивается потихоньку мировой порядок на ближайшие двадцать два года. Якобы ничего не значащими фразами прощупывают слабину, осторожно оценивают короткими взглядами. Как-то и есть сразу расхотелось. Аландес вон тоже развалился на стуле, глядит насмешливо на случайно затесавшихся сокурсников, мол, а вы, хумрики, здесь что забыли? Да и остальным, похоже, ясно — не того мы поля ягоды.

Во что бы то ни стало — молчать! Еще ляпну что-нибудь не то, политических скандалов не оберешься.

Анхельм, похоже, к тому же выводу пришел, сидит натянутый как струна.

Поковырялась немного в салате, к основному блюду даже не притронулась. Правители завели свой разговор о вроде ничего не значащих вещах, Элмас и Анневьев сошлись на теме погоды. Младшее поколение благоразумно молчало, прислушиваясь к старшим."

"И, все-таки, съехало колесо с накатанной колеи.