Право на жизнь (СИ)

И не сказать, чтобы вечера эти были легкими и беззаботными.

В навязанном всем троим мэтром Серенде задании мы продвинулись достаточно далеко, но атмосфера при этом оставляла желать лучшего. Если преподаватель и имел целью немного сгладить конфликт в нашей троице, объединив нас работой, то в этом не преуспел. Заносчивость и ехидные комментарии Аландеса делали совместные занятия нервными, а шумящие и снующие вокруг девицы и вовсе невыносимыми. А еще принц задавал странные вопросы.

Сколько раз мне хотелось вскочить и прикрикнуть на всех, но Хельме мягко обнимал меня в эти моменты и шептал что-нибудь успокаивающее.

Я принимала эту поддержку с благодарностью, но впадала лишь в еще большее отчаяние. Принца еще можно было худо бедно вытерпеть, тем более, Хельме, как и обещал, принимал все его нападки на себя. Но вот занятия с его дядей…

Грорш бы подрал этого Шентию! Зачем он вновь их начал, зачем я снова на них согласилась?..

Нет, никаких унижений и грубости с его стороны, ничего подобного больше не повторялось, но все равно, насколько мучительнее стали эти тренировки сейчас!

Теперь его светлость мягко и деликатно поправлял, если я с чем-то не справлялась; одобрительно улыбался моим успехам, вел себя максимально вежливо и корректно, а я… Я не знала, куда деть себя, когда арн Шентия находился чересчур близко.

Всякий раз отворачивала лицо, когда щеки заливал жар от случайного прикосновения; прятала глаза, стоило едва пересечься взглядом. И ругала, самыми последними словами ругала себя за то, что вновь дурацкие, запертые наглухо внутри чувства, прорывались наружу.

Влюбленность? Пф-ф, глупости, Ардина. Ну помечтала когда-то о невозможном, обожглась, но ведь столько всего после случилось, неужели забыла? Не забыла, нет. И ведь его светлость не дает никакого повода, просто чувствует сейчас вину за то, что не поверил твоим словам. Потому и так мягок и вежлив. То, что он теперь так близко на тренировках, а не бегает порталами в темноте — так это нормально, утренние тренировки так же проходят.

Мне ведь и в рукопашную с сокурсниками даже пару раз приходилось сражаться, я же от этого не замирала столбом, пытаясь унять дрожь в коленях?

Ну подумаешь, сейчас придержал за плечи, корректируя разворот в выпаде, не руки же распускает — учит! Тактично и уважительно, без всякого двойного смысла. Только отчего же все так замирает внутри? Я снова отвела голову вбок, пытаясь унять сердцебиение — волнующий пряный запах мужчины донесся до ноздрей, опять сбил с мысли.