Жизнь замечательных детей

— Я поражаюсь вашей смелости, Люся, — проговорил он с самым доброжелательным выражением на лице.

— Вы знаете, редко кто может так открыто сказать: да, я неудачник. Обычно люди миндальничают, жалеют себя, цепляются за любой мелкий повод, лишь бы придать смысл собственному существованию. А вы вот так смело и открыто заявляете. Я вами просто горжусь!

Я не знала, как реагировать на эти слова. Вроде бы мне только что отвесили комплимент, но польщенной я себя не чувствовала.

— И насчет полноты тоже, — продолжал мужчина тем же задушевным голосом.

— Что — «насчет полноты»?

— Это ведь больная тема для женщин. Все просто с ума посходили, каждая считает себя толстой до безобразия. А предложи какой-нибудь такой дамочке выйти и публично признаться: да, мол, грешна, люблю покушать на ночь, поэтому и лишние килограммы, — ни за что не согласится. А уж тем более зарабатывать на полноте деньги. Такое по плечу единицам!

У меня мелькнула догадка:

— Так вы «Гербалайф» распространяете, что ли?

Алексей напустил на себя вид оскорбленной невинности:

— Вы за кого меня принимаете? Да у меня солидная фирма! Я возвращаю людям праздник жизни! Вот читайте! — И он протянул мне розовую рекламную листовку.

Я пробежала глазами текст: «У вас не складывается личная жизнь? Отношения в семье дали трещину? Проблемы на работе? Вам кажется, что вы потеряли в жизни что-то главное? Есть деньги, но нет счастья? Не отчаивайтесь! Фирма „Радость жизни“ уже спешит вам на помощь! Индивидуальный подход, гибкие цены, гарантированный результат».

— Ничего не понимаю! — Я отложила листок. — В чем конкретно заключается помощь фирмы? И что буду делать лично я, если поступлю к вам на службу?

Директор провел пятерней по своим растрепанным волосам.

— Видите ли, в чем дело… — начал он. — Каждый человек хочет быть счастливым. Причем постоянно. Но это невозможно по определению. Ведь что такое счастье?

Я решила, что вопрос риторический, однако пауза затягивалась. Неужели Алексей ждет от меня ответа? В течение тысячелетий философы бились над этим вопросом, и никому не удалось даже приблизиться к истине.

Мужчина продолжал выжидательно смотреть на меня. Я вздохнула и робко сказала:

— Ну, счастье — это когда утром хочется идти на работу, а вечером — домой.

— В общем, правильно, — похвалил Алексей. — Вот только даже самая хорошая работа и самый роскошный дом со временем перестают радовать. Вы заметили, что чем больше людям платят, тем хуже они работают? — Я неопределенно кивнула.