Жизнь замечательных детей

Она предназначена для важных клиентов и имеет соответствующую обстановку: натуральный паркет, кожаные кресла цвета кофе с молоком, очаровательные и безумно дорогие пепельницы из латуни. Аида уселась в кресло и, вертя в руках последний выпуск «Работы», принялась тарахтеть без умолку. Макеева почему-то считала своим долгом рассказать мне о судьбе наших бывших одноклассников:

— Тимур Есипов сейчас в Америке, работает по контракту в НАСА, женился на русской девушке, у них уже двое детей, они купили дом в Калифорнии, почти рассчитались за кредит.

А помнишь Олега Парфенова? Он занимает нехилую должность в банке, обзавелся «шестисотым» «мерседесом», женился на фотомодели, сейчас ждут ребенка. А у Наташки Корзун своя стоматологическая клиника, она развелась с мужем, растит сыновей-погодков. А Ленка-то Соломатина, наша тихоня, отучилась в аспирантуре в Оксфорде, отхватила там какого-то потомственного английского графа, сейчас обитает в поместье под Йоркширом, у нее двухлетняя дочка. Представляешь? Вот как люди-то живут!

Я начала медленно вскипать.

Она что, заявилась сюда, чтобы наступать на мои больные мозоли? Если Макеева намекает, что я нахожусь в полнейшей заднице, то она может не тратить зря время: я и так в курсе.

— Ты вот тоже, как я погляжу, неплохо устроилась, — неожиданно сказала Аида, обводя глазами комнату для переговоров. — Журналист в престижном издании, работа творческая и зарплата, наверное, приличная?

От изумления я потеряла дар речи. Неужели кому-то может прийти в голову мысль, что мне, неудачнице со стажем, удалось заполучить синекуру? Макеева интерпретировала мое молчание по-своему и вкрадчиво просипела:

— Я знаю, что у вас, у богатых людей, не принято разглашать свой доход, но мне-то уж можно сказать, по старой дружбе…

Не припомню, чтобы мы с Аидкой в школе дружили.

Скорее, существовали в параллельных измерениях, пересекаясь только по учебным делам.

— На жизнь хватает, — выдавила я из себя расхожую фразу.

Конечно, хватает, раз я пока еще не протянула ноги.

Но разве это можно назвать настоящей жизнью?

— А у меня дела совсем плохи, — скорбно отозвалась Макеева, — сижу без копейки. Вкалывала в музыкальной школе простым педагогом, платили мало. Я попыталась подработать на стороне, но нарвалась на мошенников и потеряла сотню долларов. Не так уж много по нынешним временам, но с моей зарплатой и эти деньги были нелишними. А неделю назад мне вообще пришлось уйти с работы.