Союз будет жить

Окна! Как я мог забыть о них? Или подсознательно, ведь нет сейчас пластика у нас, поэтому и не думал? Да и хрен с ним, с пластиком пока, он сейчас все равно вредный, лет через сорок-пятьдесят в Европе начнутся проблемы с утилизацией окон, которые устанавливаются как раз сейчас. Там в производстве обширно используется свинец, а при нагреве он очень ядовит. Лишь в двухтысячных годах его заменят на нейтральные компоненты и окна станут относительно безопасными, пока же лучше дерево. К тому же, если делать из нормального, сухого и строганого материала, то лучше дерева ничего и не найти. Да, хрен с ними, с рамами, но вот попробовать внедрить стеклопакет я вполне бы мог. Изменения в технологии производства деревянных рам внести не сложно, чуть шире делать полку, куда устанавливается стекло, это вполне реально и несложно, гораздо сложнее изготовить «спейсер», на него нужен алюминий и оборудование. Надо узнавать у председателя, вдруг можно дернуть станки из Европы. С герметиком тоже, думаю, проблему решат, бутилкаучук произвести уже сейчас не проблема. Да, обязательно отработаю проект «окон будущего» и через парней переправлю в Москву.

Участок земли был небольшим, соток шесть, но они ничем не заняты, а значит, этого будет достаточно. Интересно, растёт ли здесь что-то из съедобного? Соседи были только с одной стороны, с другой – пустой участок, а позади нашего уже гора. Склон резкий, обрывистый, на нем высоченные сосны, кедры, лиственница, уходят просто в небо, обалденное зрелище.

Белье на соседском участке, сохнущее на улице под свежим ветром с озера, наверное, охрененно пахнет. Оно сразу привлекло мое внимание.

– Здравствуйте, соседи, так это вы у нас жить здесь будете? – окликнули нас. Из-за белья, на которое я и обратил внимание, появилась миловидная женщина, лет сорока на вид.

– Здравствуйте, да, это мы. Меня Сашей зовут, а это моя супруга Катя, дочь Алёна и тетя, Варвара Алексеевна, – в этот момент я заметил взгляд нашей помощницы, благодарный, замечу, взгляд. Конечно, ей вряд ли бы хотелось услышать от меня что-то вроде: «Это наша домработница», – поэтому и назвал ее тётей. Парней из охраны, сидящих в машине, называть не стал, лишнее это.

– Меня Мариной звать, по батюшке Ивановна буду, но вы зовите просто по имени, не привыкли мы тут к отчествам. Да и не старая я еще, – с этими словами женщина полностью распрямилась, слегка выпячивая приличного размера грудь.

Я даже улыбку не сдержал, одинокая, что ли? На что-то рассчитывает? Зря.