Жена Короля. А жена ли?

Так что, с такой болезненной любовью, вопрос ее возможного суицида или убийства остаётся открытым. Как бы, неразделенная любовь многих подкосила, но и сама девушка была далеко не ангелом, так что враги точно имеются.

Непонятно только, что это открытие дает мне?

Хотя нет, понятно. Дальше Маргарет в своем дневнике уже не скромничала. Довольно ясно дала понять, где и в какой позе она всех видела. Туда же послала и доблестное звание Королевы. Не пожалела и несколько нелестных эпитетов для Короля, который ничего вокруг себя не замечает и держит рядом с собой гнилую девку. А уж как она распалилась бедная, описывая саму наложницу, было «любо дорого читать», даже подчерк немного рванным вышел.

Но вот на счет суицида не было ни одной строчки. Наоборот, в Маргарет проснулся Терминатор и девушка была категорично настроена доказать своему «недосягаемому закату» какое сокровище он теряет. Сначала, конечно, она должна была разобраться с наложницей, а после и с Вдовствующей Королевой – бывшей несменной фавориткой, у которой, по мнению Маргарет, тоже рыльце в пушку. Причем в таком, что не отмоешь никак.

Жаль только, что Маргарет все эти прекрасные знания держала в себе и не выплеснула их на бумагу. Вдруг бы и мне пригодились? Нет, я, конечно, разбираться ни с кем не собираюсь, мне оно вот не нужно от слова совсем. Ходит себе Максимилиан к своей наложнице, так скатертью дорога, могу еще ему лепестков роз под ноги покидать. Но вот иметь туз в рукаве всегда приятно, что ни говори.

Впрочем, кое-что Маргарет все-таки мне оставила. Во-первых, она упомянула какой-то тайник с важными документами или, проще говоря, компроматом. Во-вторых, она собиралась встретиться с наложницей и по-хорошему отправить глупую девку домой, пока она сама не рассказала Королю, кто именно рядом с ним находится. Ну и в-третьих, я понял одно точно – связываться с влюбленной в тебя девушкой без долгосрочных планов себе дороже. Ведь, как показывает практика, это может быть очень и очень опасно. Как минимум можно жениться на мужчине в теле твоей невесты.

Вот реально, бедный Максимилиан. Да и я тоже, чего уж…

– Софья! – чувствуя себя гаркающей собакой, зарычал я.

Увы, но на злобного, сильного дракона я уж никак не тянул. Так, пекинес. Маленький, но очень и очень вредный.

– Да, Ваше Высочество, – словно только и ожидая моего окрика, Софья вбежала в комнату, вытянувшись в струну.

– Это, – всучив в ее руки дневник и указывая на него взглядом, – сжечь – выдохнул я.

– Без «но», Софья.