Развод. Отвергнутая жена дракона

Отвернувшись от дракона, я оглядела раскинувшийся перед нами красивый парковый комплекс, простирающийся вперед на целую милю. Отличное место для гонок.

— Вы без лошади? Или мы ждем конюшего? — перевела я тему.

— Если вы с вашим… другом готовы, то можем начинать, — ответил дракон, усмехаясь.

Я нахмурилась, не понимая, к чему он вел. Алерис что… Сам побежит?

Повернувшись к нему, я уже открыла было рот, чтобы уточнить, но… Я забыла, что мужчина никогда не вступал в заведомо проигрышный сражения. А потому неудивительно, что и в этот раз у него был припрятан козырь в рукаве.

Зрачки Алериса стали вертикальными, а на лице стала появляться чешуя, и мне все сразу же стало понятно.

— Это жульничество! — возмутилась я.

— Вы сами предоставили мне право выбрать скакуна, — рассмеялся он с моей реакции, а я замерла.

Это был первый раз. Первый раз, когда я слышала его смех. Он был бархатистым и низким, очень приятным и заразительным. По ребрам заскреблась застарелая боль, и я резко отвернулась от него.

Вот какой он с теми, кто ему действительно интересен. Более искренний, более эмоциональный, не такой закрытый и отстраненный. Как я вообще прожила с ним два года, свято веря в его любовь?

В сердце заворошилась злость и тут же растеклась по рукам и спине, обжигая их ледяным пламенем. Я сжала в кулаках шерсть Бруо, тряхнула головой, прогоняя прошлые воспоминания и крикнула:

— Раз вы играете нечестно, то и я тоже!

И мы с Бруо сорвались с места, полетев быстрее ветра.

Обхватывая его руками за шею, я пригнулась, сливаясь с гаольфом в единую мчащуюся вперед фигуру. Моя мантия взметнулась позади меня двумя крыльями, и в это мгновение вся злость и прежняя обида уступили чувству радости и свободы.

— Давай, мальчик, — приговаривала я, подбадривая друга, видя, что до окончания парка оставалось совсем немного.

Но в этот самый момент над нами мелькнула тень, на миг загораживая для нас рассветное солнце. Дракон.

Я видела вторую ипостась Алериса всего два раза.

Первый — когда он прилетел в нашу деревню, и второй — совершенно случайно — когда он возвращался из далекого путешествия. Я совру, если скажу, что его драконье обличие не очаровывало меня. Обнаженная сила и красота, мощь, источаемая каждой унцией тела. Драконы завораживали. Однако сколько бы я не просила Алериса обратиться во время нашего брака, он отговаривался от меня одной просто фразой: «Это требует много сил. Я сейчас устал». И я принимала это.