Развод. Отвергнутая жена дракона

По сути теперь он обладал мудростью серебряной головы Прародителя и властью золотой. Поэтому разумеется ему никто и слова не может сказать.

Но как же это раздражает!

Отойдя к окну, я запустила руку в жесткую шерсть гаольфа и проследила взглядом за двумя послушниками, которые шли с охапками пурпурных мантий. В прачечную, наверное.

— Неужели он планировал все с самого начала? Неужели еще семь лет назад Алерис возжелал стать императором? — спросила я задумчиво.

— Он потомок серебряного дракона. И Прародитель наделил его большим умом.

— И хитростью, — нахмурилась я. — И коварством. А еще жестокостью. Зато обделил сердцем.

— В тебе говорит двадцатилетняя Нисса или жрица Айрэн? — подловил меня Вейяр.

Я обернулась, встречая его невозмутимый взгляд.

— Разве я не права? Как такой дракон может править народом?

— Его сердце сможет смягчить императрица, — заметил жрец, улыбнувшись. — И нор Цевернеш уже присмотрел себе таковую.

— Что? — невольно вырвалось из меня.

Я понимала, что он никогда меня не любил.

И знала, что нас с ним уже ничего не связывало. Даже брачные руны поблекли настолько, что разглядеть их можно было лишь хорошенько присмотревшись. Но… Мысль о его новой жене неприятно уколола сердце. А Вейяр, либо не замечая, либо специально игнорируя мою реакцию, продолжил:

— Он заручился помощью клана черных драконов и обещался взять их дочь в свои жены.

Хорошо же Алерис устроился, ничего не скажешь.

— И дочь черного дракона должна смягчить его сердце? Вот так шутка, — усмехнулась я и снова вернула внимание происходящему на улице.

— Не делай преждевременных выводов. Нойра Эталиа весьма и весьма добра.

Я закрыла глаза и привалилась лбом к оконной раме.

— Это вы так меня подготавливаете к приему? Не хотите, чтобы я удивилась или как-то себя выдала?

Услышала, как скрипнул стул, раздались тихие шаги, а затем на мое плечо опустилась теплая рука, от которой по всему телу тут же разошлась волна теплого и мягкого света.

— Ничто в тебе не может выдать маленькую Ниссу, Айрэн.

Ты пожертвовала ей, чтобы возродиться жрицей.

Перед моим мысленным взором тут же встали огромный чан с водой, в котором я видела свое отражение вместе с бликами от чадящих свечей; пурпурные мантии собравшихся в круг жрецов и свои слова: «Сегодня принимаю я смерть не физическую, но духовную. И да воссоединится сознание мое с Прародителем. И да войду я в Шестой План. И будет мне отныне имя Айрэн».

«Чем заплатишь?» — раздался тогда голос Вейяра.

«Любовью и счастьем.