Не бойся желаний

– Ты как здесь оказался? – безжалостно повторила она.

Митя тяжко вздохнул:

– Варь, ужасно хочется есть. Я из крана напился, но голод разыгрался… Пойдем куда-нибудь? Я тебе все расскажу. Столько страху натерпелся, не представляешь.

Следы Митиного страха виднелись на футболке высохшими разводами.

Варвара подумала: зачем пропадать бесплатному завтраку? Накормит пленника за счет заведения. А ее чашка чая отель не разорит.

В ресторане завтракали две семьи. Стол раздачи казался бедным родственником турецкого «все включено». Блюд ровно столько, чтобы гости заморили скромного червячка и отправились изучать красоты Северной столицы налегке. На полупустой желудок впечатления ярче. Митя не был туристом, а потому бессовестно навалил на тарелку гору макарон, сосисок, яичницы и овощного салата.

Каждая ложка отзывалась в сердце повара болью. Варвара видела это по его печальным восточным глазам. Митя не остановился, пока тарелка не прогнулась под едой. Халява – самый сильный наркотик. Ничего не поделаешь, в крови заложен страх предков: голодные годы в российской истории случались куда чаще сытых. Поэтому не стоит осуждать. Да, мы такие: у нас Чайковский с Гагариным, но бесплатную еду держите от нас подальше. А лучше подкладывайте вовремя.

Пленник номера люкс ел со зверским аппетитом. Варвара невольно залюбовалась. Это было по-мужски. В сердце ее мелькнуло что-то такое умильное, вроде радости матери, чье чадо уплетает кашу. Или в самом деле выйти за него?

Варвара отогнала несвоевременные мысли.

С едой было покончено. Митя облегченно выдохнул и отвалился на спинку стула. К явной радости повара. Второй поход Мити к столу раздачи он бы не пережил.

– Наелся? – заботливо спросила Варвара.

– Уф-ф-ф, хорошо. – Митя погладил живот. – Даже полегчало.

– Силы вернулись. Как с памятью?

– Отлично, помню все.

– Тогда срази меня своей историей, пока завтрак не закончился и нас не выгнали.

– Какой историей? – искренно спросил Митя.

А мозги-то пострадали. От переедания, скорее всего.

– Как тебя похитили посреди белой ночи. Или вечера.

– Ах, это, – сказал Митя, будто дело шло о полной ерунде: ну с кем не бывает, ну похитили, ну приковали к батарее. Такой пустяк, что говорить не о чем.

– Да, об этом, – сказала Варвара строго, чтобы он немного пришел в себя.

– Попался в глупейшую ловушку.

– Спилберг искал директора по кастингу?

– При чем тут Спилберг? От тебя пришло сообщение.

Варвара постаралась не удивиться.