Чего желает джентльмен

Маркус остановился за спиной Ханны, совсем близко, так что подол ее платья касался носков его сапог. Она выдержала осмотр без единого слова, но когда собиралась к нему обернуться, он положил ладонь ей на шею, большим пальцем погладил мягкие завитки темных волос. У нее оказалась нежная теплая кожа, позолоченная солнцем."

"– Чем еще вы привыкли заниматься с мужем? – прошептал герцог ей на ухо, и к собственному удивлению, понял: ему нравится прикасаться к этой женщине. Другую руку Маркус положил на ее плечо, прежде чем понял, что делает. – Не кажется ли вам, что было бы проще обращаться ко мне по имени, если бы мы были… ближе друг другу?

Ханна отскочила. У него были красивые руки, большие и сильные, и поразительно нежные. Вот если бы немного мягкости его характеру… И что тогда? Какая ей разница? Никакой, особенно если учесть, что с его стороны это лишь каприз. Ведь он только что намекнул на…

– Как вы смеете?!

Ей показалось, что его глаза гневно сверкнули.

– Это вы завели разговор о близости.

– Нет между нами никакой близости, – прошипела она. – И не будет! Вы мне не муж.

– А какое отношение это обстоятельство имеет к тому, чтобы стать ближе? – Он шагнул к ней, желая ее напугать, но Ханна не дрогнула, стояла с гордо поднятой головой. В ее глазах он прочитал вызов.

– Вы правы, – ответила она резко. – Даже будь вы моим мужем, я бы не стала делить с вами в постель.

– Но будь я вашим мужем, – промурлыкал он, – я был бы обязан вас соблазнить. Не так ли?

Герцог так на нее посмотрел, точно обдумывал эту возможность прямо сейчас, отчего у Ханны возникло странное чувство – не злость, но любопытство. И это ей не понравилось. Точнее, она была поражена собственной реакцией. Но каков наглец – предложить ей такое!

Но тут явилось спасение. За дверью кто-то тихо поскребся.

– Войдите, – приказал герцог.

Покраснев, Ханна сделала шаг назад. Кто бы ни был за дверью, ему ни к чему видеть ее пылающие щеки. Дверь открылась, и дворецкий произнес спокойным голосом:

– Ваша светлость, вас желает видеть мистер Брэйден.

Маркус в недоумении нахмурился, а Ханна испуганно ахнула. Они оба уставились на дворецкого, затем герцог резко спросил:

– Кто?

– Мистер Джозеф Брэйден, – повторил Харпер. Его взгляд на долю секунды задержался на Ханне. – Он утверждает, что является отцом ее светлости.

Маркус обратил на «жену» ледяной взгляд. Она нервно облизнула губы.

– Да, – сказала Ханна. – Это мой отец.

Взгляд герцога стал подозрительным. Одна бровь вопросительно поползла вверх.