Не жди меня долго

 – Вы были в номере в начале одиннадцатого вечера, два дня назад?

Женщина покачала головой:

– В тот день уезжала во Владивосток по своим делам. Вернулась только позавчера поздно вечером. Боюсь, ничем не смогу помочь.

– Понимаю, – кивнула Анна, стараясь не показать разочарования. – Спасибо. Всего хорошего.

Женщина закрыла дверь, и коридор погрузился в вязкую тишину. Стерхова направилась к номеру 311 и постучала в дверь. Подождала. Ответа не последовало – комната явно пустовала.

Тогда она двинулась к номеру 309.

На этот раз дверь открыл мужчина лет сорока, худой, с длинными волосами, неряшливо убранными в хвост. Его внешний вопил о богемном образе жизни.

– Простите за беспокойство, моя фамилия – Стерхова. Я провожу опрос по поводу того, что случилось в 312-м номере два дня назад.

– Да-да, я слышал про это… ужасная история. Но боюсь, от меня мало толку. Я тем вечером был в состоянии, непригодном для свидетельских показаний.

– Но вы были в номере в начале одиннадцатого? – зацепилась Анна.

Он усмехнулся и качнул головой:

– Был, но уже совсем «никакой». После ужина мы отмечали показ моего фильма. Я крепко выпил и к тому времени спал как убитый. Простите за прозу жизни.

Анна понимающе кивнула и поблагодарила, испытав при этом легкое недовольство. И вновь ничто не прояснялось.

Она подошла к номеру 315, настойчиво постучала, и дверь тут же распахнулась. На пороге стояла Виктория Гапова – раздраженная, с выражением неудовольствия на лице, которое лишь усилилось при виде Стерховой.

– Вы?! – Гапова смерила ее уничтожающим взглядом. – Что еще?

– Мне нужно задать вам несколько вопросов, – жестко сказала Анна и, не дожидаясь приглашения, шагнула через порог, заставив Гапову отступить.

– Пожалуйста, проходите. Располагайтесь, чувствуйте себя как дома. Не обращайте на меня никакого внимания. – Съязвила Виктория, закрывая за Стерховой дверь.

Проигнорировав ее сарказм, Анна спросила:

– В вечер смерти Воронина, после двадцати двух часов, вы были здесь, в своем номере?

Гапова зло усмехнулась:

– Вы же видели – вечером я была в баре. Напилась, как последняя сволочь. Что еще вам нужно знать обо мне?

– Мне нужно знать, где вы были после двадцати двух часов. Когда вы напились, не было и восьми.

– Для таких, как я, алкоголь работает по экспресс-программе. Не успела моргнуть – уже вне зоны действия. Два часа в отключке – и вот вам алиби с печатью.

– Этого недостаточно.

– Если честно – я действительно вырубилась.