Не жди меня долго

 – Корепанов помолчал. – Возможно он был не в состоянии сопротивляться.

– Под действием алкоголя или веществ?

– Возможно. Ждем токсикологическую экспертизу.

– Хорошо. Что по отпечаткам?

– Сняты со всех поверхностей. После исключения отпечатков Воронина и горничной, убиравшей номер, все прояснится. Хотя не факт. Среди них могут оказаться отпечатки предыдущих постояльцев.

Анна посмотрела в окно. На улице начался дождь – легкая морось, похожая туман. Чуть помолчав, спросила:

– Что с подоконником?

– По поводу следа от локтя. Структура ткани отпечаталась в пыли. Изъяты частички волокон. Фотографию вместе с волокнами отправил на экспертизу. Возможно, получится установить тип и состав ткани.

– Шнур, витой, из синтетики, с петлями на концах. Происхождение, тип и артикул выясняется. Так же, на нем обнаружены микрочастицы кожи. Убийца был без перчаток. Возможно, из этого получится что-нибудь выжать. Разумеется, если хватит биологического материала для экспертизы. Стопроцентно обещать не могу.

Стерхова отметила что-то в блокноте. Все трое молчали, давая ей время.

– Песок у двери. Взяли пробу?

– И не только. Сделал несколько фотографий. На предмет очертания следа.

– Надо же… – она пожала плечами. – Я не разглядела.

– Вряд ли он что-то даст.

– Поняла. Когда будет заключение судмедэксперта?

– Ожидаем. – подтвердил Корепанов. – Полный отчет – в течение двух-трех суток.

– Спасибо, Яков Михайлович. – Она перевела взгляд на оперативника Леву Петрова.

Он сидел на диване, то и дело меняя позу. Было видно, что сидеть, и молчать для него было одинаково трудно.

– Слушаю вас, – проговорила она.

Петров вскинул голову, как будто услышал стартовый выстрел.

– Значит так, – заговорил он, быстро, едва успевая выговаривать слова. – Вчера изъял записи с камер наблюдения. С тех, что вообще работают. А работают – три с половиной. Пардон. Одна в холле, одна у лестницы на втором этаже и одна – у лестницы четвертого. Камера в коридоре на третьем этаже, где номер Воронина – дохлая. Питание есть, но сигнала нет.

– И это все, что есть?

– Система наблюдения здесь – чистая формальность. Просто пустышка. Охранник – семидесятилетний дед, с радионяней в ухе.

– С радионяней? – переспросила Стерхова.

– Со слуховым аппаратом. В мониторной – лежанка с одеялом, чайник с электроплиткой и старый телевизор. Дед там живет. Периодически выходит в холл – чешет пузо и проверяет, осталось ли на ресепшне печенье.

Анна с пониманием кивнула.