Да здравствует принц!

Она замешкалась, вопросительно посмотрела на Виктора, словно он мог что-то ей подсказать. Тот только ободряюще улыбнулся."

"– Мы тебя внизу подождём, – подключился Аллен с широкой улыбкой.

– Хорошо, идите, – ответила она.

Валери уселась в кресле, там, где до неё сидел Аллен. Когда она впервые пришла в Дом Спасения и Поддержки, то выглядела словно затравленный зверёк: худая, почти скелет, с острыми плечами и коленками, с длинными и неухоженными тёмными волосами. Теперь я видел перед собой уверенную красивую девушку. Она немного набрала вес, благодаря сытным обедам Скэриэла, и расцвела. В первые месяцы в Доме Валери сама подстриглась, теперь у неё было каре с прямой чёлкой. Эта причёска ей очень шла.

– Говорят, что тебя чистокровный уделал, – вдруг начала Валери, смотря на меня своим фирменным взглядом исподлобья. – Это правда?

– Где ты это услышала? – спросил я.

– Слухи. Говорят, что это дело рук команданте.

Вместо ответа я начал задавать свои вопросы:

– Ты сдружилась с Келли?

– Нельзя? – Тон звучал агрессивно, как будто я её в чём-то обвинил.

– Будь осторожна с ним и особенно с его братом, – нехотя проговорил я.

– Это ещё почему? – Она подозрительно прищурилась.

– Каз – мракобес.

– И?

Волна негодования вперемешку с долей разочарования захлестнула с головой. Я не знал, имею ли право читать ей мораль и зачем вообще завёл этот разговор.

– Валери, послушай, он опасен.

– Как Скэриэл? Или мистер Эн? Удивительно, но я работаю на Скэриэла прямо в бывшем офисе мистера Эна, – убийственно монотонным голосом произнесла она. – Я не боюсь. – Она нервно повела плечом. – Пусть меня боятся.

Головная боль стала сильнее. Не думал, что разговор с Валери окажется испытанием посложнее, чем с тем придурком Келли.

– Я беспокоюсь, что мракобес может…

– Что? – Брови Валери поползли вверх. – Обидеть меня? – И она прыснула со смеху. – Я не чистокровная, так что ему нет смысла меня трогать.

– Я не это имел в виду.

– Или ты боишься, что я стану мракобесом? Я ненавижу чистокровных всей душой, так что не вижу в этом ничего опасного, – объявила она. – Может, я ещё не вступила в их ряды, но я их понимаю.

– Я прошу тебя не наделать глупостей, – выдохнул я. – Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Ни с тобой, ни с Виктором или Алленом.

Такое чувство, что все тревоги мира разом навалились на меня.

– А… – Она опешила, явно не ожидая, что за неё действительно могут переживать, и хотела что-то ещё сказать, но передумала.