Затерянный город, или Каждому свое

Только вот пока эта система не начала действовать, пришлось именно мне корячиться и тягать, напрягая жилы, надрывая мышцы. Вначале раскрутил напрасно зажатый ранее трос. Затем вытащил его наверх. Прикрепил к нашей дрезине. Помалу стравливая, опустил транспорт к команде. Малость не рассчитал в финале, чуть не упустив резко возросший груз: тележка плюс бухта троса. Хорошо, что небольшой противовес все-таки подвесил заранее, скинув его в сторону города.

По той же причине первый груз пришлось удваивать: два мешка с песком. Ну и пришлось вытаскивать Багдрана, помогая ему подниматься с солидным багажом железа и прихваченных инструментов. Когда парень оказался наверху, первым делом последовало обследование его организма. Причем было заметно, что состояние Багдрана ухудшается. Да и он сам сразу же признался:

– Что-то я слабеть начал. Словно не одни сутки на ногах без сна, а все трое.

Но, как только обернул я его вуалью Гимбуро, наш мастер ожил и вновь обрел трудовой энтузиазм. А у меня будто камень с души свалился – теперь можно и остальных смело проводить в город.

Наш мастер несколько минут полюбовался на виды Пупсограда, отметил для себя вехи моего приключенческого маршрута и споро занялся созданием барабана. А вот мне предстоял сложный выбор: кому разрешить первому подняться на стену? Судя по стоящему между сестер Найденову, те явно о чем-то постоянно спорили. Как бы не подрались! Поэтому разрешил подниматься Руду. Он легче всех, с ним удалось поднять мешок с песком.

Да и для меня юноша оказался подспорьем. Уже с ним вдвоем мы вытащили очередные два мешка с балластом и оставшееся железо. К тому моменту Леня приструнил все-таки Эулесту, а может, прельстил коротким пребыванием наедине, но к нам поднялась уже и Цилхи. Ее, как и Руда, постарался завернуть с особой тщательностью в свою пресловутую магическую вуаль. Как говорится, дети и женщины – наше все!

И тем более удивительным показалось мне поведение старшей в квартете Свонхов. Она, как только оказалась на стене, бросилась к внутреннему парапету и стала выражать свои восторги по поводу увиденного. Еще и вопросами меня засыпала, интересуясь, что, где и как.

Минут пять я за ней внимательно, со все увеличивающимся изумлением наблюдал. Но никакой слабости или угнетенного состояния не заметил. Потом все-таки не выдержал и спросил:

– Эуля, как ты себя чувствуешь?

– Отлично! – выдала она, даже не взглянув на меня и тыкая пальцем в башню Пупса: – Туда можно легко по тросу перемахнуть.