Доктор. Заново

Асель вешает трубку и поворачивается ко мне, снова запахивая распахнувшийся халат:

— Не всё. Только то, что говорила ты — а вот маму не слышал.

— В общем, родители предлагают помириться. И начать заново… Общаться… Предлагают совместный ужин, совмещённый со знакомством с вами с Вовиком. Как с нашими кавалерами.

— Ага. Саш, ты что думаешь об этом? — Аселя встаёт, включает чайник и начинает возиться с завариванием чая.

— Ась, у меня два мнения одновременно.

— Первое: а зачем это мне нужно? Но это инфантильно и безответственно… Я сейчас местами жалею, что допустил до такого. Хотя там иначе и нельзя было.

— Молодец, ты умный… Второе?

— Ну, как бы ни было, они — родные родители. И вас любят. Мне есть с чем сравнить — поскольку я без своих живу достаточно давно. И не сказать, что обо мне кто-то сильно беспокоится. Я Лену тоже люблю. И мозгами понимаю, что нельзя ограничивать любимого человека от того, кто его искренне и бескорыстно любит. Кем бы тот ни был. И какие бы ни были личные контры и неприязни.

— Да. Другими словами, чем сказала бы я, но да.

Асель заканчивает заваривать чай, разливает его по чашкам, достаёт из холодильника плитку шоколада, сыр, рыбу, лаваш; и через минуту питьё чая превращается в почти что полноценный ужин.

— То есть, лично ты не возражаешь? — отправляя в рот странный бутерброд из шоколада, куска солёной горбуши, сыра и колбасы спрашивает Асель.

— Нет. С единственным условием. Мы все ведём себя уважительно друг к другу. Хотя, два условия. Второе условие: нейтральная территория. Не у вас дома.

— Уф-ф, хоть с тобой нет проблем… Спасибо. Теперь бы ещё Ленку уболтать.

— Такое впечатление, что у тебя — мозги, а у неё — темперамент, — смеюсь. — В части отношений с родителями.

— Ну так и есть. Она — родная. Я же там — типа приёмной. Они ко мне очень хорошо относятся, практически нас не различают — но я очень стараюсь не обострять и не напрягать там, где она даже не думает, что напрягает. Жақсы болсаң жаның көп.

— Это что? — широко открываю глаза.

— Аналог «Ласковый теленок двух коров сосет» по-нашему. — Улыбается Асель. — Ну и материально… Мне неудобно им на шею свешиваться. Если честно. Хотя, они бы и слова не сказали.

— Понял… Спасибо. Было вкусно. Я понёсся.

— Далёко? — подымает брови Асель. — Может, поможешь уболтать Ленку? Насчёт родителей.

— Хорошо. Помогу, но вечером. После работы. У меня сегодня ещё карьера на мойке.