Заложница

Территория возле заварника щедро усыпана чаинками, сахаром и бог знает чем еще.

Замечать свинство и вздрагивать на кухне можно было еще долго, но я предпочла, прихватив скалку, пойти искать справедливости и чистоты.

В воздухе гостиной летало безмятежное спокойствие. Сытые мужчины полудремали, а Тимошка и вовсе, дрыгая задними лапками, спал.

– Ну как, ужин понравился? – лилейным голоском пропела я.

– О-о-очень, – поглаживая пузо, отозвался Костян. – В последний раз так объедался, когда у мамы гостил. А ты чего ходишь со скалкой, пирожки, что ли, постряпать задумала?"

"В нашем мире есть две бесконечные меры – это просторы Вселенной и человеческая наглость. Хотя нет, в другом порядке. Человеческая наглость и просторы Вселенной.

– Если что, я с капустой не ем, – сообщая о своих предпочтениях, оживился Глеб. – Пирожки лепи либо с мясом, либо с картошкой.

Стиснув зубы, я не издаю ни звука, хотя язык так и чешется разразиться праведным гневом, но сдерживаюсь. Пусть мужчины как следует выскажутся, а я послушаю, до чего эти наглые морды договорятся, и после натыкаю, как нагадивших котов в их же собственные слова.

Костян, нахмурив брови, крайне строго и с недовольством посмотрел на Глеба. Неужели у моего защитника совесть проснулась и он укажет коллеге, что заказывать начинку для пирожков у девушки, которую они держат в заложницах, – это уже явный перебор и перегибание палки?

– Самый ушлый? С капустой он не любит, – фыркнул охранник. – А я вот, наоборот, очень даже люблю. Что Лера посчитает нужным, то в стряпню и добавит.

Да-а-а… сплошной беспредел. Я повернула голову в сторону безучастного к происходящему Виктора, который поглаживал Тимошку и, казалось, получал от процесса если не больше, то столько же удовольствия, что и щенок.

– А вы, господин Аблов, почему отмалчиваетесь? Вас ужин устроил? Пожелания или требования к будущим блюдам есть? – пошла я на провокацию.

Виктор поднял на меня взгляд и прищурился.

– Валерия, что не так, чем ты недовольна?

– А с чего ты взял, что я чем-то недовольна? – невинно хлопаю я ресничками, пока что не планируя так скоро переходить к теме претензий.

– Ты, когда в комнату залетела, оглядела нас так, словно решала, кому первому настучать скалкой по голове. Потом, судя по всему, приняла решение о другой тактике и запела лилейным голосом. Но глаза у людей всегда выдают их истинный настрой, и сейчас он у тебя воинственный и крайне рассерженный.