Моя. По закону мести

Совершенно невовремя. Абсолютно.

Но Дуня вновь покраснела, когда поняла, что представляет Ирбиса без одежды. Без рубашки она уже видела его. И ничего, не страшно. Пожалуй, даже красиво. Несмотря на шрамы.

Выключив воду и закутавшись в полотенце, Дуня торопливо вышла из ванной комнаты.

В спальне по-прежнему было тихо. Никого.

И Дуня юркнула к постели.

Что делать? Лечь в кровать? Ждать Ирбиса? Или она все неверно поняла, перепутала, и Георгий Матвеевич, разозлившись, решит ее наказать за то, что нарушила его личное пространство еще и в душе его плескалась?

Дуня поняла, что очень глупые мысли, пожалуй, даже детские, бродят в ее голове.

Пришлось напомнить самой себе, что Евдокия Андреевна – не девчонка, а взрослая молодая женщина. Ну, хорошо, девушка. И она не собиралась дарить свою невинность бандиту вроде Георгия Ирбиса.

Вот только кто же ее, Дуню, спрашивал?

И вновь вспомнился отец. Дуня торопливо подошла к креслу, порылась в сумочке, вынула гаджет. И принялась всматриваться в то самое фото, которое прислал ей неизвестный абонент.

Сейчас Дуне все казалось другим. Словно девушка иначе взглянула на снимок. И появилось множество вопросов к отцу.

И когда Дуня собралась взять, да и позвонить по незнакомому номеру, с которого звонил ей отец, первая дверь спальни распахнулась.

Георгий Ирбис вошел в комнату-гостиную. Дуня узнала его по тяжелым шагам.

Повернув голову, ждала, когда Ирбис появится здесь, в спальне. Неяркий свет настенных светильников и подсветки на потолке плавно окутывал уютным полумраком интерьер, саму Дуню и хозяина дома.

Дуня рваным движением руки туже затянула полотенце на груди, накрыла ладонью узел, словно именно он мог оградить ее от темного и жгучего взгляда мужчины.

Ирбис дернул узел галстука на шее. Отвернулся, словно ему надоело смотреть на Дуню.

– Ложись спать, Евдокия Андреевна, не трону, – негромкий голос показался Дуне уставшим, да и спина Ирбиса казалась слегка сутулой, а вокруг рта и между бровей пролегли морщинки.

Телефон выпал на кресло. Дуня не стала поднимать.

Лишний раз не хотела привлекать к себе внимание. Вдруг Ирбис передумает?

Дуня тут же забралась под одеяло и с трудом подавила желание спрятаться по самую макушку. Но она ведь взрослый человек. А не какая-нибудь трусиха!

Потому Дуня не закрывала глаз. Настороженно наблюдала за каждым движением мужчины, за тем, как он плавно двигается, ходит, расстегивает рубашку, снимает галстук.

– Спи! – отчеканил Ирбис, застыв широкой, мускулистой спиной к ней.