Закон Северо-Запада

А на столе ровным светом загорелась ни к чему не присоединенная лампочка.

Я был в эфире. В мертвом эфире мертвого мира… Но что толку? Даже если я и скажу сейчас что-то эпохальное, кто меня услышит? Где еще выжил за два столетия связист, так же как и я сидящий сейчас в рубке радиостанции? Или, может, все-таки… Ведь бросали в море бутылки с записками потерпевшие кораблекрушение. И вроде кому-то помогало, если, конечно, не врут книжки, прочитанные в далеком-далеком детстве. Настолько далеком, что кажется, было это не со мной, а с каким-то другим, абсолютно незнакомым мне пацаном, верящим в чудеса.

– Всем, кто меня слышит, – слегка севшим голосом сказал я в микрофон. – Говорит база «Северо-Запад». Это крепость в районе Куркино, на северо-западе Москвы. У нас есть все, что нужно для возрождения этой планеты. Все для нормальной жизни. Нефть, еда, снаряжение, оружие. Если вы хотите, чтобы ваши дети росли в безопасности, в мире без войн и бессмысленного кровопролития, приходите. Вместе мы построим нормальное общество, где не нужно будет никого убивать для того, чтобы выжить. Говорит база «Северо-Запад»…

Я говорил что-то еще. По моему лицу текли слезы, но это не мешало мне говорить. Ничто не могло помешать мне потому, что слова шли от души. Искренне. Во всяком случае, мне так казалось."

"Я не хотел больше никого убивать. Я хотел, чтобы оружие впредь никогда не становилось частью моего тела, разрывая в клочья чужую плоть и грубо выдирая из нее живую душу. Я не хотел быть Снайпером, Снаром, убийцей без имени. Сейчас я искренне хотел вспомнить свое настоящее имя, но почему-то оно начисто стерлось из моей памяти. Возможно, причиной этого была депрессия. Может, нереальная усталость, накопившаяся за последние дни и внезапно навалившаяся мне на плечи. Или бутылка коньяка, пары которого наконец добрались до моих извилин. Я хотел – и не мог… Страшно, когда человек забывает собственное имя, и когда его подменяет прозвище, синоним которого очевиден. Ведь снайпер – это убийца, умеющий стрелять лучше других. Профессиональный убийца, выживший до сих пор только благодаря своему редкому таланту виртуозно отнимать жизнь…

В общем, грустно мне стало от всего этого. Настолько грустно, что я протянул руку и дернул за рубильник. На фиг оно все это надо? Неблагодарное дело – спасать мир на пьяную голову…

В рубильнике проскочила вполне взрослая молния, ослепив меня на мгновение. Завоняло паленым. Наверно, плавились лампы и горели трансформаторы.