Забег на невидимые дистанции. Том 1

– А если не получится?

– А что у них на нас есть? Ничего страшного мы не сделали. Даже не взяли там ничего. Кражу не приклеить. Мы, может быть, на спор туда приехали, чтобы пройтись в темноте. Может, у нас собака туда сбежала. Самое страшное, что нас ожидает, – узнают родители. Ну да, плохо. Но не смертельно. Задержание и воспитательная беседа – тоже.

– Мы зашли на частную территорию. За это штрафуют.

– Да это же свалка, Отто. Какая, к черту, частная территория. Нам по пятнадцать лет. Ветер в голове, что с нас взять?

– Вернемся посветлу и заберем.

Отто помолчал, обкусывая кожу с губ.

– Ничего, ничего. Проходит, кажется. Только ничего не говори. Я сама с ним.

– Ладно уж, – надулся Отто и положил голову на колени.

Все это ему не нравилось, но выбора не было. Порой, чтобы получить недосягаемое, приходится выбирать самый неочевидный, самый сомнительный план действий. Например, довериться Нине в решении конфликта. Оставалось только надеяться, что она знает что делает. Но надо отдать ей должное – она это все заварила и никому другому не разрешит расхлебывать. В этом она вся.

Интересно, который час, – подумал Отто, задремывая. Он очень устал от погони под дождем и пережитого стресса. Вещи и телефоны у них изъяли. Только бы вернуться домой до двенадцати…

Нину тоже клонило прилечь, но она бодрилась как могла, продрогнув во влажной одежде. Нельзя расслабляться, пока дело не сделано. Нужно ждать, пока он выйдет, и действовать. Отгоняя сон, она пыталась вообразить его идущим по коридору в направлении изолятора, с дисплеем вместо лица…

Постепенно фантазии перетекали во что-то вроде снов наяву, галлюцинаций.

Двигался он достаточно плавно, но иногда пугающе ускорял шаг, отчего нередко складывалось впечатление, будто сейчас он припрет тебя к стенке и сквозь идеальные зубы процедит что-то грубое. То же чувство вызывали и голос, и взгляд Лоуренса Клиффорда. Этот человек мог выбить из тебя любую информацию, и ты все время ждал от него подвоха. В классическом дуэте «плохой и хороший коп» он точно был бы первым.

Натренированное тело в сочетании с неподвластной объяснению безобидностью внешности были его главным оружием, которое всегда било в цель. Контраст силы и ранимости подчеркивал ту особенную привлекательность, которую встречаешь раз в жизни. Он излучал энергию очень опытного юноши, но не взрослого мужчины.