Замуж за незнакомца

– Мама! – Рома бежит к Тине, она присаживается на корточки, целует Ромку в пухлую щёчку, а сын оглушительно смеётся, счастливый, пугая низко пролетающих птиц. – Мамочка, я для тебя ракушки собирал! Они почти такие же красивые, как и ты. Но ты красивее!

– Ты же мой зайчик, солнышко моё, моё счастье, прелесть, – Тина зарывается носом в сладкую макушку нашего сына, вдыхает его неповторимый аромат, жмурится.

Я плюхаюсь на песок, смотрю на них, растекаюсь счастливой лужей.

Жалею ли я, что однажды оставил всё позади?

Я жалею лишь, что не додумался сделать это раньше. Но тогда ведь у меня не было бы Тины, да? Моей самой лучшей в жизни женщины. Единственной и неповторимой.

Тина ловит мой взгляд, вспыхивает румянцем. Она стала старше. Зрелой и сочной. Но до сих пор краснеет, стоит мне посмотреть на неё.

– Я люблю тебя, – шепчу, но она слышит меня. Знаю, что понимает, сердцем чувствует.

– Я тебя тоже, – отвечает не словами, но взглядом.

Я заваливаюсь на песок, смотрю в небо цвета индиго, а океан шумит, расслабляет. Меня переломала жизнь, превратила в чудовище. Шрамы на моей спине никогда не исчезнут, как и память об отце. Но я, Кирилл Раевский, сумел выпрыгнуть из последнего вагона, чтобы хотя бы попытаться изменить свою жизнь.

И кажется, это у меня получилось.

– Папа-папа, – кричит Ромка и падает на меня сверху. – Ты самый замечательный папа.

– А ты самый замечательный сын, – сгребаю Рому в охапку, обнимаю и прижимаю к своей груди, крепко, до сдавленного писка. – Я люблю тебя.

Тина садится рядышком. Играется с песком, молчит. Я раскрываю глаза, ловлю её в фокус, а она бледная и серьёзная.

– Что такое? – протягиваю руку, заправляю тёмную прядь за ухо. – Ты заболела?

Тина смотрит на меня, молчит.

– Мне не нравится, когда ты такая тихая. Не провоцируй, могу разозлиться. Оно тебе надо?

– Помнишь, ты говорил, что сначала сына тебе рожу, а потом дочь…

– Я беременна, – выдыхает, а проснувшийся Ромка поднимает голову и серьёзно спрашивает:

«А что такое белемена?»

– Это значит, дорогой мой сын, что скоро у тебя будет сестра, – целую сына в тёмную макушку, пахнущую солнцем. – Или брат. Неважно!

Тина отворачивается, смотрит на океан, такая красивая и безмятежная.

– Папа обрадуется, что у него ещё один внук будет. А ещё, может быть, скоро Катя к нам приедет. Она уже почти здоровая.

– Тина, блин! – злюсь, а Ромка, как маленький мужчина, убегает, чтобы не мешать родителям выяснять отношения. – Подумай хоть раз о себе.