Замуж за незнакомца

Ничьи не нужны.

– Что ты за дикий зверёк такой? – размышляет вслух, легонько сжимая пальцами моё плечо. – Тебя обижали?

Закусываю губу, на которой давно уже нет помады, и упрямо качаю головой.

Ладонь Кирилла становится тяжелее, давит камнем, к земле пригибает. Муж наклоняется ниже, требовательно заглядывает в глаза, но я выдерживаю эту атаку. Дискомфорт нарастает, а гляделки, кажется, не закончатся никогда.

– Когда мы наедине, нет смысла трогать меня. Никто не видит, не нужно притворяться влюблёнными.

– Мне нравится тебя трогать, – Кирилл проводит рукой по моему плечу, вверх по шее, останавливается на линии челюсти, поддевает и цепко хватает за подбородок. – Теперь ты моя жена. Нам нужно решить, что делать со всем этим дерьмом, в которое мы вляпались.

– Ничего не делать. На людях я буду послушной женой, обещаю тебе. Свою часть сделки я выполню.

– Без свидетелей будем жить каждый своей жизнью.

– Что, даже трахать могу, кого захочу? – в низком голосе появляется ирония, но выражение лица остаётся каменным.

Глядя на Кирилла, сложно разобрать, что у него на уме. Он так много маскирует безразличием, холодной отстранённостью, только в тёмных глазах горит опасный огонёк, то и дело превращаясь в пожар.

– Конечно, – киваю, а Кирилл склоняет голову к плечу и внимательно рассматривает мои губы. – Ни в чём себе не отказывай, дорогой и любимый муж. Кого ты там предпочитаешь? Блондинок? Брюнеток? Лысых? Можешь хоть всех сразу, мне всё равно.

– Как мне с женой повезло, – восхищается, едва сдерживая смех. Даже покраснел немного. – А если я хочу трахать тебя?

– Я нормальный здоровый мужчина без нарушений половой функции, а ты красивая молодая женщина. Всё просто.

– Счастлива за твой крепкий организм, – фыркаю и, дёрнув головой, освобождаюсь от чужих настойчивых касаний. – Выпей брома.

– Херня, он не поможет.

Кирилл улыбается хищно. Наклоняется ниже, и дыхание наше смешивается, но на этот раз муж не планирует сожрать меня в поцелуе. Его лицо так близко, что могу в малейших деталях рассмотреть тёмную щетину, проступившую к вечеру, небольшой шрам в уголке нижней губы и крошечную родинку на щеке.

– А что насчёт тебя, любимая? – шёпотом, в котором слишком много скрытой опасности.

– Ты не собираешься с кем-то трахаться за моей спиной?

– Глупый вопрос. Конечно же собираюсь. С мулатом, азиатом и твоим садовником.

Глаза Кирилла расширяются, в них мелькает что-то тёмное и страшное, от чего впору съёжиться и залезть в самую глубокую яму.