Игрушка за 100 лямов (СИ)

Яна

Проснулась от настойчивого стука в мою дверь, первые несколько секунд вообще не могла понять где я нахожусь. Но потом память напомнила мне события вчерашнего вечера.

Стук стал сильнее, на часах было без пяти девять утра.

— Черт! — я подорвалась с кровати и поспешила открыть дверь.

В коридоре стояла приятная женщина пятидесяти лет, в строгом сером платье. Она только хотела мне что-то сказать, как соседняя дверь с моей комнатой открылась и из неё вышел Марк.

— Спасибо, Лариса Викторовна, — проговорил он, застёгивая запонку на рукаве кипельно белой рубашке, стоя за её спиной и не сводя с меня усмехающегося взгляда.

Лариса Викторовна испарилась в считанные секунды, а я осталась стоять как вкопанная, глядя на Марка.

— Пижама отличная, но для завтрака не пойдёт, — сказал он, скользя взглядом от моей груди и ниже, до самых ног.

Его взгляд задержался ровно в трёх местах: грудь, бёдра и лодыжки."

"Черт меня дёрнул вчера одеть именно её, шёлковая маечка и шортики, с кружевной каемкой на груди и по низу шорт.

Молочного цвета, нет она не просвечивала, но отлично всё подчёркивала.

— У тебя пять минут, достаточно будет чтобы умыться и переодеться, — Марк поставил меня перед фактом и направился к лестнице.

Тяжело вздохнула и пошла в ванную, не стала испытывать судьбу и его терпение. Поэтому просто умылась, соорудив на голове пучок из своих кудряшек, заколов их заколкой по типу китайских палочек. Сменила пижаму на футболку и джинсовые шорты, и нацепив на ноги меховые тапки пошла вниз.

Да, в антураж и убранство столовой я вписалась на все двести процентов, в своём прикиде. Лариса Викторовна тактично промолчала, но удивление на её лице прошло не сразу.

— Садись, — Марк указал на стул по правую руку от себя. — Чай или кофе?

— Кофе, — ответила я, усаживаясь на шикарный стул из дерева, с резной спинкой и довольно мягким сидением.

Лариса Викторовна поставила передо мной чашку свежезаваренного кофе и вышла из столовой. Желудок урчал, намекая мне, что не плохо было бы поесть.

Я наложила в свою тарелку ломтики ветчины и сыра, добавила свежих овощей, и несколько кусочков тостового хлеба. Соорудила незамысловатые бутерброды и принялась есть.

Марк внимательно проследил за моими действиями и ухмыльнувшись, принялся есть омлет и ветчину в своей тарелке.

Расправившись с бутербродами, я дотянулась до булочки, которая была щедро посыпана сахарной пудрой. Откусила кусочек и от удовольствия готова была застонать.