Неудержимый. Книга XXXVIII

— Скажите лучше, генерал, много ли у вас друзей, готовых пойти на плаху вместе с вами?

Станислав откровенно издевался над генералом. Он прекрасно знал, что самый верный способ переманить влиятельного человека на свою сторону — это лишить его уверенности в собственной значимости, показать всю его никчёмность. Дать понять, что в любой момент он может оказаться на виселице, заклеймённый как предатель, и уже завтра о нём забудут даже самые близкие.

И самое абсурдное — всё это окажется ложью, но изменить что-либо будет невозможно, ведь освободившееся место с радостью займут другие генералы, из соперничающих родов.

Все будут только рады, что конкурент выбыл из игры.

Да, всё это Станислав подчерпнул из книг по истории и стратегии, которые читал ночами. Но его поражало другое, насколько легко всё это работало в реальности, когда у тебя есть сила, перед которой никто не способен устоять.

Что эти черви смогут противопоставить лунарианцу? Станислав чувствовал себя среди них муравьедом в переполненном муравейнике, и ни один муравей не мог причинить ему вреда.

Он бы с радостью истребил их всех подчистую, но жить в мире без поклонников и почитателей ему было невыносимо. Он страстно жаждал славы и признания, жаждал, чтобы его имя произносили с благоговейным страхом.

— Я признаю! — завыл генерал, глядя на окровавленные руки. Его голос сорвался на жалобное скулящее бормотание. — Признаю, что был не прав! Прошу вас, я предоставлю любые ресурсы, какие только захотите! Всё, что в моём распоряжении! — он, захлёбываясь словами.

— Мы поймаем этих негодяев, клянусь собственной жизнью!

— Вальтер… — усмехнувшись, сказал Станислав слащавым, мягким голосом, от которого всё стало ещё страшнее, — Ваша жизнь и так принадлежит мне.

В этот момент дверь кабинета распахнулась.

— Господин Вальтер! — вскрикнула секретарь, вбежавшая внутрь. Увидев своего начальника в таком унизительном, жалком состоянии, она в ужасе закрыла рот ладонью.

— Что случилось⁈ Я немедленно вызываю охрану!

Её глаза метнулись на Станислава, и она поняла, в чём дело. Она поджала губы и выпорхнула из кабинета, полная решимости, совершить задуманное. В её мыслях была лишь одна мысль, что это сопляк себе позволяет⁈

— Разберитесь с ней, — холодным голосом приказал Станислав, бросив на стол артефакты лечения. — Нам не нужна лишняя шумиха.

Мгновение спустя кабинет озарился зелёными всполохами.