Неудержимый. Книга XXXII

— Нет, не с этим, а с тем, что мне не нужно принимать никаких решений, — поделился он наблюдениями. — Даже в плену у Лю Бана мне приходилось каждую минуту сопротивляться обстоятельствам, объясняя себе, почему я должен держаться. А с тобой всё напряжение, что каждый день пожирало меня, исчезло.

— Логично, — я почесал лоб. — Я рад, что тебе стало легче, но пора перебираться в логово на корабле. Мы сегодня отчаливаем в «Восточный».

— Хорошие новости, — он одобрительно рыкнул. — Я наконец-то смогу размять косточки…

— Сможешь, — подтвердил я. — Настраивайся на серьёзную битву. Нас ждёт поход в другой мир.

— Надеюсь, не в мой? — он слегка завис, явно что-то не то сказал, ведь думал совсем о другом.

— Не надейся, — я улыбнулся. — В твой мир мы нескоро попадём, но варианты всё же имеются.

Артефакты были отсортированы. «Сумеречные охотники» отныне будут у меня заведовать казной. Колечко к колечку, цепочка к цепочке. Всё ровненько, даже с уровнями артефактов заморочились.

— А теперь моя очередь наводить красоту, — я вздохнул и, запрыгнув на один из ящиков, начал подтаскивать к себе артефакты и создавать из них составные артефакты на продажу. Скоро должна была появиться Пелагея, и к этому моменту я должен наклепать их столько, чтобы хватило одной поездки в Москву. По крайней мере, я так планировал.

Процесс шёл бойко. Сперва я искал составные драгоценности, а потом начинал запихивать в них актуальные дары. Резак оговорился, что они добавляют дары в артефакты путём плавления. Интересно, а как это выглядит? Вариант с металлом я уже видел, а как с остальным? Ведь это как надо расплавить заготовку с даром, чтобы не испортить её и ещё и свойство передать в новую заготовку. А если это кусок дерева или камня? Вопросов, как обычно, больше, чем ответов. Может, он таким у себя в мастерской не занимается? А может, для начала дарами занимаются алхимики… Я бы поставил на второй вариант, он более логичен."

"Пока размышлял о прекрасном, ящик сам заполнился. Сначала в ход пошли самые дешёвые артефакты с тусклыми рунами. Потом туда отправились светлые и сразу же за ними сияющие. Изюминкой оказались несколько составных артефактов с мерцающими рунами. Сколько они могли стоить на рынке, я понятия не имел. С этим придётся разбираться Пелагее. Я подхватил ящик и направился на выход, потому что Пелагея уже находилась в кабинете Киры.

— Красавицы! Доброе утро! — Я ворвался в кабинет, словно ураган, танцуя с ящиком, который едва помещался у меня в руках.