Вызов

– Брось это, Бак, – говорит Хантер. – Это, видимо, чья-то собака.

– А вдруг это труп? – Джесс вытаскивает телефон, готовый запечатлеть кровавую находку.

– Оно зацепилось за мою дурацкую палку, – раздраженно говорит Баки. Он продолжает копать песок, дергая, тяня, борясь с ужасной вонючей штукой, которая никак не отцепляется, пока, наконец, он не отлетает назад.

На наши головы сыпется песок. Задница Баки ударяется о землю в тот самый момент, когда полный подгузник, запутавшийся в выброшенной волейбольной сетке, приземляется на него сверху. А в остатках дыры, которую он выкопал, лежат, похоже, несколько выкинутых тушек курицы гриль.

– Охренеть, чувак, ты в детском дерьме! – кричит Фостер, когда мы все отходим от этого кошмара.

– Мать твою, меня сейчас вырвет.

– Это так мерзко.

– Ты весь в нем!

– Уберите его с меня! Уберите! – Баки корчится в песке, пока Хантер пытается зацепить своей палкой подгузник, а Фостер зачем-то кидает на него еще больше песка.

Мэтт гогочет от разворачивающейся перед нами сцены.

– Смой это, тупица, – говорит он Баки.

Мэтт, скорее всего, имеет в виду душ возле парковки.

Но вместо этого Баки снимает с себя все, кроме боксеров, и несется в ледяные волны.

О боже. Температура воздуха сейчас – двенадцать градусов, да еще сильный ветер. Но, похоже, дух побеждает над телом, потому что Баки прыгает в воду головой вперед и, вынырнув, начинает яростно тереть и мыть кожу.

Мы все следим за его успехами. Я чувствую настоящее восхищение этим парнем. Я до этого чуть задницу себе не отморозил в гидрокостюме. Содрогаясь, я думаю о ледяной воде, щекочущей мои яйца.

Когда Баки наконец выбегает обратно, он уже посинел и дрожит, как собака в рекламе американского общества защиты животных. Я быстро снимаю свою футболку и отдаю ему. Гэвин ждет его с полотенцем. А вот с шортами ему охренеть как не повезло."

"– Иди погрейся в джипе. – Я отдаю Баки ключи.

Он выхватывает их у меня.

– Ненавижу быть на природе.

Как только он оказывается вне зоны слышимости, парни валятся на колени от смеха.

– У него теперь травма на всю жизнь, – говорит Фостер, сквозь хохот.

– Этот чувак больше никогда не пойдет на пляж, – соглашается Гэвин.

– Я понимаю его. – Усмехнувшись, Хантер неторопливо бросает весь покрытый калом мусор в ведро.

Если не считать Баки, парни с азартом отнеслись к тому, чтобы занять этим свое субботнее утро. И, если честно, для меня многое значит то, что они проявили интерес к тому, что так для меня важно.