Дамский выстрел

Не каждую партнершу по танцам далекой молодости мы помним. Я спросила: — Вы ее любили?

— Какая разница! — нервно отреагировал Истомин. — Инга исчезла.

— Ее убили.

Его глаза заметались, словно испуганные птицы в поисках спасительного места для приземления.

— Кто? — неожиданно спросил он.

Вот это номер. Истомин перепуган, но стойко играет роль недотепы.

— Ведь это вы ее провожали в последний вечер?

— Я не знаю, какой вечер вы имеете в виду.

— Последний перед вашим отъездом из санатория. В ту ночь Ингу изнасиловали и задушили. А перед этим убийца вырвал штырьки с янтарем из ее ушей. Потом он замуровал ее на стройке.

— Какой стройке?

— Сами знаете. В тот день вы где-то испачкали костюм. И на завтрак явились в парадной форме, что выглядело несколько странно.

— Про какую стройку вы говорите?

— Большое здание под названием Дом советов, или «Закопанный робот». Вы шли мимо него, затащили туда Ингу, поглумились над ней и задушили.

— Я не делал этого.

— Делали. И не раз. Вы издевались над своей женой, а когда она ушла от вас, стали охотиться на одиноких девушек. Вас привлекали яркие украшения на их теле. Как это.

Я медленно сняла пиджачок без подкладки и осталась в обтягивающем топе на тонких бретельках, открывавшем полоску живота. В пупке болталась моя сегодняшняя обновка — золотая висюлька с жемчужиной. Коршунов обалдел, когда понял, ради чего я вернулась в салон красоты «Стиль». Решение пришло спонтанно. Я заметила рекламу в витрине и решила на себе проверить реакцию подозреваемого. Мне любезно сделали пирсинг пупка, предупреждая, что будет больно. Наивные. Настоящая боль живет внутри нас. С той, которая снаружи, легко справиться.

Истомин увидел пирсинг. Я следила за его реакцией. Он с минуту молча взирал на мой пупок, а потом осклабился.

— Глупо. Особенно в вашем возрасте. Глупо и больно.

— Зато сексуально, — провоцировала я.

— Только дуры мечтают о сексе, а когда получают его, то уже не хотят. Они отбиваются, но уже поздно. И их…

— Договаривайте. Что происходит с глупыми девчонками?

— Их убивают. На свете полно уродов, которым только дай повод.

— Кроме вас есть другие уроды?

— При чем тут я?!

— Вы изнасиловали и убили Ингу. И вырвали у нее украшения из уха.

— Вырвал? Не делал я этого.

— Чего не делали? Не убивали или не вырывали?.. А может, у вас плохая память, и вы забыли о десятках жертв в Североморске, Мурманске и здесь, на Балтийском побережье? Вы убивали невинных девушек.

— Это не я, — зашипел Истомин.

Я продолжала наседать.