Вдова на выданье (СИ)

Впрочем, как всегда. Ей богу, если бы не проснулась сегодня в его постели, решила бы, что мне всё приснилось. Я точно помнила, что утром поморгала для верности, затем протянула руку, приподняла простынь, которой до пояса был укрыт Джейс. Ага! Судя по всему, мой супруг уже не спит! И причём… давно так не спит! С моей стороны грех было бы будить бедного уставшего человека, но если он так активно настаивает… не активно?

Я снова приподняла простынь. Да, нет! Активно!

Так что мы немного очень сильно опоздали к завтраку.

Джейс

Бабуля смотрит на меня, не скрывая усмешки. Да и маменька деликатно улыбается в салфетку. Да, всё именно так, как они думают, и даже хуже! Я украдкой перевёл взгляд на Катерину – она сосредоточенно ковырялась в яичнице. И почувствовал, что на моём лице снова расплывается та же глупая улыбка, которая так насмешила моих родственников. Ну и пусть!

Я был готов к такому развитию событий, но меня это нисколько не тревожило. Ещё до брака я прекрасно понимал, что Катерине он был не нужен, и потому готов был играть в долгую.

Конечно, она не приемлет давления, поэтому я старался мягко предлагать, настаивать или хотя бы намекать… но нет. Никакой реакции, кроме вежливо-отстранённой улыбки по утрам, всегда небрежного приветствия за обедом и равнодушного прощания по вечерам. Я, право слово, был уже на грани отчаяния. С Козлом, что ли, подружиться? Ни одни из моих уловок, которые помогали мне во время работы на корону, сейчас не действовали.

Себастьян сообщил мне, что мой городской особняк в столице уже частично переделали, из некоторых комнат исключительно мужского толка получились гостиные, комнаты для рукоделия и игры на клавесине.

Кроме того, я наступил на горло своей песне, и у Катерины будет собственный кабинет, откуда она может управлять моим домом, Телфордом и тем, чем захочет! Теперь остался пустяк – уговорить её поскорее вернуться в столицу. Хотя, тут стоит сказать спасибо тем людям, которые стоят навытяжку сейчас, врут и не краснеют. Только задумчиво растирают похмельные лица, пытаясь выглядеть менее помятыми перед Катериной. И правильно, кстати. От неё не убудет. Во всяком случае, мне Агата как-то сказала по секрету, что Катерина может «за Пицунду и на кукан». Если честно, звучит пугающе! Или интригующе.

Я вернулся в свои покои. Стоило разобрать кое-какие бумаги. Кое-что пойдёт для департамента дяди Мейсона, кое-что ему лично. Остальная моя собственная корреспонденция. Со счёта Уоррена Гринделла мне перевели деньги. Я хмыкнул.