Кактус второй свежести

– Нам повезло, – опять улыбнулась бабуля, – мы теперь живем в поселке. За газ, водопровод, коммуналку не платим. Спросите, почему так?

– Почему? – повторила я.

– У Анфиски внучка красавица, – сообщила Рыжова, – когда мы резко отказались уехать, приехал Дмитрий нас уламывать. Увидел Катю и пропал. Дима оказался сыном того, кто поселки строит. Во как! Мы с Анфиской теперь почетные жительницы, Катюшка удачно замужем, четверых родила.

– Галина Петровна, – произнес Дегтярев, – понимаю, вам не хочется говорить о брате. Поэтому вы и рассказываете сейчас о себе. Но нам нужен Вениамин Петрович. Если он жив, то где находится?

– Так вместе мы в одном доме живем, – объяснила гостья, – сами сказали: он в селе прописан. А то, что телефона нет, то он ему зачем? Все свои рядом, я и Анфиса под боком. Кто ему еще нужен? У Вени ноги плохо ходят, руки трясутся, но голова соображает, в идиота он пока не превратился. В интернет нам не надо. Кино всякое смотрит по антенне, Дима их нам наставил полные крыши. Продукты Катя привозит, любые. Если к врачу нужно, то доктор сам прикатит или на машине нас к нему доставят. Пока Господь миловал, скрипим без страшных болячек. И зачем нам интернет? Глаза у меня ничего, а у Вени слабые, он слушает книги в записи. Чего вы хотите от моего брата, а?

– Поговорить просто, – ушел от прямого ответа полковник, – о том о сем.

– Вы мне тему этих о том о сем сообщите, – потребовала бабуля, у которой с лица стерлась улыбка.

– Хотели ему вопрос задать, – начал изворачиваться Сеня.

– Мне скажите, а я решу, встречаться вам с Вениамином или нет, – не дрогнула Галина Петровна.

– Если господин Салкин вменяем, то он сам должен принимать решение о беседе с кем-либо, – пошел в атаку полковник.

Старушка отодвинула от себя чашку, поставленную перед ней Мариной.

– Спасибо за угощение, да меня на ватрушки не купишь. Брат мой в уме, а вот некоторые люди, помоложе его, сумасшедшие. Какой смысл Вене с вами общаться? Оставьте его в покое. Натерпелся он от всех. Обозвали его убийцей, да отпустить пришлось. Хорошо, Никанор Степанович понял, в чем дело.

– Вы говорите про Базыкина? – уточнил наш главный детектив.

– Вы знали Никанора Степановича? – обрадовалась Галина Петровна.

Полковник улыбнулся:"

"– Его все за глаза звали «папой». Мой учитель. Гений. Он видел человека насквозь, как рентген.