Всё начинается со лжи

— Точно? А то я знаю ещё одно очень действенное средство…

— Пошли уже лучше покончим с этим быстрее, — убрала она «незаметно» сползшую вниз по бедру мою руку. — А то у меня чувство, что ты боишься больше меня.

Она многозначительно пожала плечами — жест, что можно было расшифровать и как «почему бы и нет» и как «Павел Викторович, держите себя в руках».

 Покидая зал, украшенный многоярусными люстрами и букетами цветов, я истово молился о первом. А вот о том, как пройдёт встреча с моими родителями, не только не молился, но даже не волновался. Какие бы ни были у меня с ними отношения, я был уверен, что мать Матрёшки они примут тепло. Волновался я о другом: что на празднество приедет Пашутин и ни дай бог Юлька. Но я специально уточнял у Лизы: Юльки среди приглашённых не было. А Пашутин, отец сказал, приболел. Но я всё равно искоса поглядывал на всё прибывающих гостей.

Эльвиру мои родители, ожидаемо, не покусали. Но пока они вели ни к чему не обязывающую беседу о том, как повезло сегодня с погодой: тёплый солнечный день, запахи цветущей черёмухи, я всё ещё тревожно крутил головой.

И замер, увидев даже больше, чем ожидал.

— Какого чёрта он здесь делает? — оттянул я отца в сторону за локоть, показывая себе за спину.

— Его Амир пригласил, — отозвался отец шёпотом, кого-то радушно поприветствовав кивком.

Мне словно жгло спину. И я знал почему, когда обернулся.

С того края бассейна, где из живых цветов на газоне были выложены два пронзённых стрелой сердца, меня сверлил взглядом Ренат Алескеров.

И если бы только меня.

Огромные вазоны с белыми розами. Увитые цветами ажурные арки. Белоснежные шатры с развивающимися шторами. Голубое небо. Прозрачная вода в огромном бассейне. Сколько света, непорочности, чистоты было в убранстве этой свадьбы. Какими приятными оказались родители Павла. Какой нежной, хрупкой и восхитительно прекрасной была невеста… что меньше всего, глядя на волнующихся молодожёнов, хотелось думать о плохом.

— Госпожа доктор! Какая неожиданная встреча, — с изяществом принца склонился Алескеров над моей рукой, когда гости ещё только начали собираться. Он, как и мы, приехал среди первых. Гипс по самые пальцы на его левом предплечье скрывал пиджак. Камиль и правда сломал ему руку. — Вот бы никогда не подумал, — оценив кольцо, он с издёвкой посмотрел на Павла. — Так вы, значит, теперь вместе?

— Как видишь, — инстинктивно заслонил меня собой Верейский и с издёвкой посмотрел на его целую руку, как бы ни на что не намекая.