Всё равно растаешь, принцесса

В висках уже стучат молоточки, в глазах всё больше темнеет, и действовать мне приходится практически наощупь, благодаря богов за свою отменную память и молясь им, чтобы эта самая память меня именно в этот момент не подвела.

И вот кружево магических нитей вспыхивает ровным белым светом. В два паса я его дублирую. Вливаю столько целебной магии, сколько могу. И одну часть заклинания плавно опускаю на тело Янгмара, наблюдая как моя сила окутывает его с ног до головы. А вторую заставляю вспорхнуть в воздух. После чего ложусь и усилием воли опускаю заклинание уже на себя. И лишь теперь выдыхаю с облегчением.

− Сейчас должно стать легче, − бормочу хрипло, поворачивая голову к Янгмару. Вижу, как постепенно выравнивается его дыхание. И спустя ещё минуту колдун тоже смотрит на меня. На сердце становится легче.

Но кто-то немало сил и стараний приложил, чтобы его убить.

Наверное, надо кого-то позвать на помощь. Искать того, кто всё это затеял. Подумать, как обезвредить газ в комнатах Янгмара. Но мне так не хочется шевелиться. Усталость всю меня окутывает тяжёлым холодным одеялом, заставляя лежать и просто таращиться сонными глазами на Янгмара.

Хоть ему и досталось больше яда, именно колдун первый приходит в себя. Сначала садится, опустив голову и тяжело дыша. Потом медленно движется ко мне, нависает, с тревогой всматриваясь в лицо.

− Как ты? — спрашивает хрипло. Слишком хрипло.

Яд-то я вывела, а вот обожжённое горло ему явно ещё придётся лечить.

− Нормально. Организм вымотался, только и всего, − уверяю его. — А ты как?

− Благодаря тебе жив, − криво усмехается он. И осторожно поднимается на ноги. Потом протягивает мне руки, чтобы помочь тоже встать.

Собравшись с силами, я позволяю Янгмару поднять меня. И прислоняюсь к большому мужскому телу. Даже позволяю себе обнять его за торс. Пожалуй, я бы расстроилась, если бы этого несносного колдуна не стало.

− Мне нужно идти. Надо найти, кто всё это затеял. И разобраться, что это за дрянь была, − бормочет он, зарываясь пальцами в мои волосы. Целует макушку, прижимает ещё сильнее. — Опиши ещё раз, кого ты там видела?

О боги, точно. Я же кого-то видела. Прямо перед всем случившимся.

Но сейчас мне почему-то очень сложно восстановить в памяти, как этот кто-то выглядел. Словно это во сне было. Наверное, от испуга память подводит.

− Мне кажется, это была женщина, − произношу после долгой паузы и тщательного копания в своей голове. — Она стояла там в белой одежде. Или светлой. И будто светилась.