Всё равно растаешь, принцесса

Позволишь? — шепчет, наклоняясь ко мне так близко, что наши губы почти соприкасаются. Но лишь почти.

Вот зачем он спрашивает? Сейчас я совсем не прочь ничего не решать. Не объясняться с самой собой. Обмануть себя, что ничего не могла поделать. Но… между нами договор. И клятвы. Он обещал ни к чему не принуждать. Значит, решать мне всё-таки придётся. Как придётся признать то, что я не хочу отказывать. Я хочу этого поцелуя не меньше, чем он.

Так может… поддаться?

Его поступок сделал невозможным наше общее будущее. Но должна ли я отказываться от возможности хотя бы узнать, каким оно могло быть? Пока я здесь… Кто меня осудит? Или я просто ищу себе оправданий?

Руки на моей талии становятся всё тяжелее. Мужское тело, к которому я прижимаюсь, манит своей твердостью, своим жаром, своей мощью. А эти губы… о боги, как же я хочу ощутить их прикосновение.

− Софи, − бормочет он, закрывая глаза, сражаясь с собой. Пальцы впиваются в моё тело.

И я сама не замечаю, как подаюсь ближе и первая прижимаюсь к чувственным губам. Будь что будет. Это всего лишь поцелуй.

Колдун ошеломленно замирает. Будто не ожидал от меня такого. Впрочем… конечно, не ожидал. Не после всего, что между нами было. И я, пользуясь его замешательством, позволяю себе исследовать мужские губы на ощупь, на вкус. Обняв Янгмара за шею, привстаю на носочки и тяну его к себе ещё ближе, чтобы это было удобней. Прикасаться, целовать, наслаждаться своей женской властью.

А когда я решаюсь провести языком между его губ, колдун внезапно отмирает. Низко застонав, тесно прижимает меня к себе, неистово отвечая на мой неопытный поцелуй. Теперь уже он контролирует всё, теперь уже он исследует мои губы с пылким голодом, врываясь между них языком. Втягивая меня в настоящую чувственную игру. И я сама не замечаю, как открываюсь ему. Его ласкам. Его желанию. Его наслаждению мною. Тону в жарких эмоциях, находя в них свою непередаваемую пьянящую красоту.

И не знаю, сколько бы всё это продолжалось, если бы к этой медовой сладости внезапно не примешалась гнилостная горечь чьей-то злости, даже ненависти, сокрушительной, ядовитой. Меня внезапно буквально накрывает ощущением постороннего присутствия. Чужие эмоции жгучей волной проносятся по обнажённым нервам, заставляя застонать от боли и шарахнуться назад от Янгмара, вырываясь из его рук.

Задыхаясь и пытаясь срочно восстановить щиты, я в отчаянии хватаюсь за голову. Лихорадочно ищу взглядом, кто это мог быть.