Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро

А теперь давайте вернемся к фактам. Думаю, без этого не обойтись. Скажите, леди Уиллард, ваш муж всегда был увлеченным египтологом, не так ли?

— Да, с самой юности. И стал одним из крупнейших авторитетов в своей области.

— Но мистер Блайбнер, как я слышал, был всего лишь любителем?

— Да, совершенно верно. Однако он очень богат. Натура искренняя, увлекающаяся — он мог легко загореться любой идеей, и она полностью завладевала его воображением. Моему мужу удалось пробудить в нем жгучий интерес к египтологии. Именно на его средства и была организована экспедиция.

И раскопки тоже оплачивал он.

— А его племянник? Вам что-нибудь известно о нем? Он тоже был участником экспедиции?

— Нет, я так не думаю. Честно говоря, мсье Пуаро, я вообще не подозревала о его существовании, пока не прочла в газетах о его смерти. По-моему, они с мистером Блайбнером были не очень-то близки в последнее время. Во всяком случае, он никогда не упоминал о том, что у него есть родственники.

— А кто еще участвовал в экспедиции?

— Ну… там были доктор Тоссвилл — это один из младших сотрудников Британского музея, потом мистер Шнейдер — представитель нью-йоркского музея «Метрополитен», еще один молодой человек — секретарь мистера Блайбнера, он американец.

Кто же еще? Ах да, доктор Эймс, он участвует в экспедиции как врач. И конечно, Хасан — преданный слуга моего мужа. Он египтянин.

— А вы не помните случайно фамилию молодого американца, секретаря мистера Блайбнера?

— По-моему, Харпер. Впрочем, не уверена. Насколько я знаю, он прослужил у мистера Блайбнера совсем недолго.

Очень милый молодой человек.

— Что ж… благодарю вас, леди Уиллард.

— Если я могу чем-нибудь помочь…

— В настоящее время нет. Теперь предоставьте все мне и успокойтесь, умоляю вас. Будьте совершенно уверены — я сделаю все, что в человеческих силах, чтобы защитить вашего сына.

Прозвучало это, как мне показалось, не слишком обнадеживающе, и я успел заметить, как вздрогнула, отшатнувшись в сторону, леди Уиллард, когда эти слова слетели с уст Пуаро.

И в то же время одно лишь сознание того, что нашелся человек, который не стал смеяться над ее суеверными страхами, казалось, послужило ей большим утешением.

Со своей стороны, я в жизни бы никогда не подумал, что Пуаро с такой серьезностью относится ко всему сверхъестественному — совершенно, насколько я его знаю, это не увязывалось с его натурой. И по дороге домой я как бы нечаянно завел разговор на эту тему, стараясь осторожно прощупать его.