Все только хорошее

Глаза ее поблескивали подобно самоцветам, украшавшим платье, смех звенел серебряным колокольчиком. Сердце Берни едва не разрывалось от восторга, ему хотелось поскорее оказаться в опере…

— Не то слово. Оно сшито для тебя, Лиз. Может быть, тебе понравилось что-то еще?

Она засмеялась и тут же, мило покраснев, потупила глаза. Она боялась быть ему в тягость.

— Пожалуй, нет. Я до сих пор не знаю, сколько стоит это… Его я тоже не буду брать.

Она прекрасно понимала, что платье стоит немыслимых денег — скидка здесь уже не играла особого значения.

Ей нравилось примерять платья — и только. В этом смысле Лиз ничем не отличалась от Джейн. Конечно, платье понравилось ей, но…

Берни смотрел на Лиз с улыбкой. Неожиданно ему вспомнилась Изабель Мартен. Как все-таки они были непохожи. Лиз не требовала ничего, той же всегда чего-то хотелось. Берни по-настоящему повезло.

— Миссис О'Райли, в данном случае вы покупателем не являетесь. Платье и, возможно, что-то еще — это подарки от вашего будущего супруга.

Он не дал ей договорить, запечатлев на ее устах поцелуй, и, направившись к двери, добавил:

— Ты бы действительно подобрала себе туфли… Когда выберешь, поднимись ко мне в офис.

Сходим пообедаем.

Берни улыбнулся и исчез за дверью. В тот же миг в зале появилась продавщица. Она принесла с, собой целый ворох платьев, которые она хотела предложить вниманию Лиз, однако та отказалась даже смотреть их. Она быстро нашла нужные туфли — у них был примерно такой же цвет, как у платья, и украшены они были похожими камешками — с платьем туфли сочетались прекрасно.

Крайне довольная собой, Лиз поднялась к Берни. Они вышли из магазина и направились в «Трейдер Вике». Всю дорогу Лиз болтала без умолку — о том, как она выбирала себе туфли, о том, как ей понравилось платье, о том, как Берни ее избаловал. Они обедали не спеша, то и дело смеясь и подшучивая друг над другом. Часа в три Берни пришлось ее отпустить. Лиз должна была забрать Джейн у своей подруги. До начала учебного года оставалось всего несколько дней, пора было подумать и о работе. Но Лиз теперь могла думать только об опере. В пятницу она сделала себе прическу и маникюр и ближе к шести надела на себя волшебное платье, подаренное ей Берни. Осторожно застегнув все застежки, она посмотрела на свое отражение в зеркале. Аккуратно уложенные волосы были схвачены тончайшей золотистой сеточкой, купленной Лиз во время ее второго набега на «Вольф», из-под тяжелых складок вельветового платья выглядывали носы туфелек.