Все только хорошее

Она улыбнулась, вспомнив Берни. Очень приятный мужчина, неженатый, но и не похож на гея. Не случайно же он и Джейн так понравился.

— Кстати, вы женаты?

— Господи, конечно же, нет! Как вы могли подумать! Ага. Вон оно как. Один из этих.

— У вас на женщин аллергия, да?

— Нет. Просто у меня очень много работы. Лиз была открытым человеком и не скрывала своего интереса к нему. Сама она вторично в брак вступать не собиралась — на то у нее были причины. Раз обжегшись, она не хотела рисковать вторично. Впрочем, может быть, этот человек тоже испытал нечто подобное.

Берни улыбнулся, поразившись этому вопросу.

— Нет, не разведен. К женщинам я отношусь нормально. В моей жизни их было две, но это уже в прошлом… Я не мог уделять кому-то слишком много времени, понимаете. Последние десять лет я был занят исключительно собственной карьерой.

— У вас никогда не возникало ощущения пустоты? — Она словно видела его насквозь. — Мне хорошо — у меня есть Джейн.

— Да, все верно. — Он замолчал, вспомнив вдруг о девочке, и решил оставить вопросы на потом.

Глупо разговаривать с человеком, если ты не видишь его лица, глаз, рук… — Значит, увидимся в субботу. Что я должен взять с собой? Какие-то продукты? Вино? Еще что-то?

— Да. Норковую шубу.

Он засмеялся и повесил трубку. Настроение у него было прекрасное. Голос Лиз дышал непосредственностью и теплом, чувствовалось, что она лишена всяческой корысти. Она не принадлежала и к породе мужененавистниц, по крайней мере впечатление производила именно такое.

В пятницу вечером, прежде чем отправиться домой, Берни зашел в гастроном, работавший при их магазине, и купил два пакета продуктов: шоколадного медведя для Джейн, коробку шоколадных трюфелей для Лиз, бри двух сортов, батон, доставлявшийся на самолете из Франции, маленькую баночку с икрой, банку с паштетом, две бутылки вина, красного и белого, и коробку с глазированными орехами.

Поставив пакеты в багажник машины, Берни поехал домой. В десять утра следующего дня он принял душ, побрился, надел джинсы, старую синюю рубаху и видавшие виды теннисные туфли.

Затем он направился в прихожую и достал из шкафа теплую куртку. Всю эту старую, но удобную одежду он привез с собой из Нью-Йорка — в ней он ходил на стройку. Стоило ему одеться и взять в руки пакеты со снедью, как зазвонил телефон. Он хотел было проигнорировать звонки, но тут подумал о том, что позвонить могла и Элизабет: а вдруг у нее поменялись планы или она захотела попросить его купить что-то.