Все только хорошее

 — Она задумчиво улыбнулась.

А Берни рассмеялся. Еще одна католичка. Руфь пришла бы в восторг. Мысль об этом показалась ему забавной. Да, Меган, безусловно, не похожа на дочь миссис Розенталь, манекенщицу, работавшую у Орбаха. Зато она — врач. Это понравилось бы и его отцу, и матери. Если бы дело дошло до знакомства. И тут он напомнил себе о том, что они всего лишь завернули в дождливый день в кафе попить горячего шоколада и кофе.

— Ваш брат — католик? — Если они к тому же еще и ирландцы, тогда понятно, откуда у нее такие черные волосы.

Но в ответ Меган покачала головой и засмеялась:

— Нет-нет, он принадлежит к англиканской церкви. Просто они любят детей. Его жена говорит, что хотела бы родить целую дюжину. — Судя по ее тону, Меган им завидует. И Берни тоже ощутил легкую зависть.

— Мне всегда казалось, что замечательно иметь большую семью, — сказал он, когда им принесли горячие напитки. Поверх шоколада плавала шапка взбитых сливок. Отпив глоток кофе, Берни почувствовал, что к нему добавлено кипяченое молоко и мускатный орех.

Он исподтишка глянул на Меган, задавая себе вопросы: что же она за человек, где она успела побывать и есть ли у нее собственные дети? Он вдруг понял, что почти ничего не знает о ней. — Вы ведь не замужем, Меган? — Ему казалось, что нет, но теперь он решил выяснить это наверняка.

— Знаете, когда работаешь по восемнадцать часов в сутки и дежуришь по ночам, времени на семейную жизнь просто не остается. — На самом деле это была лишь отговорка, и Меган очень любила свою работу.

Внезапно она решила честно сказать ему обо всем. С ней произошло то же, что когда-то случилось с Лиз: она встретила мужчину, с которым не нужны никакие увертки, которому можно довериться и выложить все начистоту. — Много лет назад мы обручились с одним человеком, тоже врачом по профессии. — Она улыбнулась Бернарду, и он пришел в полнейшее замешательство, увидев ее открытый и доверчивый взгляд. — Когда он закончил аспирантуру, его послали во Вьетнам. А когда я сама поступила в аспирантуру, он погиб.

— Какая ужасная потеря для вас. — Его слова шли прямо от сердца. Он знал лучше, чем кто-либо другой, какую боль ей довелось испытать. Но для нее эта трагедия уже осталась далеко в прошлом. Она до сих пор тосковала по Марку, но уже не так мучительно. С тех пор, как умерла Лиз, прошло немногим больше года, и Берни еще воспринимал свою потерю с болезненной остротой.