Все только хорошее

 — Она погладила Александра по голове, ероша ему волосы, и на мгновение Берни почудилось, будто его сын пришел не к врачу, а к маме, и что-то шевельнулось у него в душе, но он постарался тут же отмахнуться от этого ощущения.

— Мне нужно будет показать его вам еще раз? Она покачала головой, и он понял, что ему хотелось бы услышать в ответ «да». Берни даже разозлился на самого себя. Она очень славная и умная и замечательно обращается с ребенком, но в этом нет ничего особенного. А если Александра понадобится еще раз отвезти к ней на прием, няня вполне может справиться с такой задачей, и всем будет куда спокойнее.

Он поймал себя на том, что не может отвести глаз от ее блестящих черных волос, и ему это не понравилось. А эти синие глаза все время напоминают ему о Лиз…

— Думаю, не стоит возить его лишний раз. Но мне нужны ваши данные для картотеки. Напомните мне, сколько ему лет? — Она приветливо улыбнулась Бернарду, и он постарался держаться как ни в чем не бывало, как будто он думал о чем-то совсем другом.

Главное, не смотреть на эти глаза. Они такие синие… совсем как у Лиз… Он собрался с силами и ответил на ее вопрос:

— Ему два года и два месяца.

— Общее состояние здоровья хорошее?

— Все прививки сделаны вовремя?

— Как зовут вашего лечащего врача?

Он назвал ей имя доктора. Разговор на такие темы вести куда легче. Можно даже не смотреть на нее, если не хочется.

— Как зовут остальных членов семьи? — Она писала, продолжая улыбаться, а потом подняла на него взгляд. — Ваше имя Бернард Фаин, не так ли?

Он понял, что она запомнила его имя с первого раза, и чуть было не заулыбался в ответ.

— Верно. И у Александра есть девятилетняя сестра по имени Джейн.

Она выжидающе посмотрела на него:

Они с Лиз были бы рады завести еще ребенка, а то и двоих, но не успели сделать этого прежде, чем у нее обнаружили рак.

— А как зовут вашу жену?

Лицо его помрачнело, и она тут же заподозрила, что он еще не оправился после крайне неприятного развода.

Но он покачал головой.

Этот вопрос неожиданно причинил ему отчаянную боль, и он совершенно растерялся.

— Э-э-э… она… ее нет.

Врач удивилась. Он как-то странно выразился, и взгляд у него стал тоже странный.

— Ее нет в живых. — Он произнес эти слова едва слышным голосом, и тогда доктор поняла, как ему тяжело, и от души пожалела его. Смерть близкого человека — это страшный удар, от которого крайне трудно оправиться.

— Простите меня, пожалуйста… — Она приумолкла и посмотрела на малыша.