Все только хорошее

Как я и говорила.

— Тогда почему ты так устаешь?

— Плеврит. Он послал меня на рентген, чтобы убедиться, что не ошибся. Во всем остальном я в полном порядке.

— А еще не хочешь ехать со мной в Европу… — Ее слова , не показались Берни сколь-нибудь убедительными. — Кстати, как зовут доктора?

Она удивленно посмотрела на Берни. Что ему от нее еще нужно?

— Я хочу, чтобы с ним переговорил мой отец.

Из соседней комнаты послышался плач ребенка, требовавшего поесть. Лиз поспешила к Александру, Берни же тем временем стал выписывать чек сиделке.

Светловолосый, зеленоглазый малыш стал радостно попискивать, завидев мать. Насытившись, он вновь заснул. Лиз на цыпочках вышла из комнаты и увидела у двери ожидавшего ее Берни. Она улыбнулась и потрепала его по щеке.

— Не надо так волноваться, милый, — еле слышно прошептала она. — Все хорошо.

Он привлек ее к себе и крепко обнял.

— Мне очень хочется, чтоб так оно и было. Он посмотрел в лицо Лиз. У нее под глазами появились круги, которых никогда не было прежде, сама она стала куда тоньше.

Он был бы только рад поверить, что с ней все нормально, но где-то в глубине души отчетливо понимал, что это не так, что она больна неведомой страшной болезнью. Когда Берни выпустил Лиз из объятий, она отправилась готовить ужин; он же решил немного поиграть с Джейн. Ночью он долго смотрел на спящую Лиз, пытаясь понять, в чем все-таки дело… Когда в четыре утра проснулся Александр, Берни не стал будить ее, подогрел заранее приготовленную им бутылочку с молочной смесью и покормил младенца сам.

Александра вполне удовлетворило содержимое бутылочки. Берни поменял ему пеленки и вновь уложил в кроватку. В пеленании младенцев Берни уже не было равных. Утром, когда зазвонил телефон, Лиз еще спала.

— Попросите, пожалуйста, госпожу Фаин. Голос звучал отрывисто и сухо. Берни пошел будить Лиз.

Она смотрела на него ничего не понимающим взглядом. Была суббота, и часы показывали всего девять.

— Не знаю. Он не представился. Берни понимал, что скорее всего это звонит доктор, но боялся признаться в этом самому себе.

Звонивший тут же представился и попросил ее прийти в его кабинет к десяти утра. Это был доктор Йохансен.

— Что-нибудь не так? — удивленно спросила Лиз, глядя на своего мужа.

Доктор долго не отвечал. Конечно, она чувствовала себя усталой, но ведь не настолько. Она нахмурилась и вновь посмотрела на Берни.

— А как-нибудь в другой раз нельзя? Берни отрицательно покачал головой.

— Думаю, лучше с этим не тянуть, госпожа Фаин.