Вихри враждебные

Там нам окажут более основательную медицинскую помощь.

Но первым на поле боя примчался на пролетке губернатор Накашидзе, изрядно напуганный и взволнованный. Похоже, что его информаторы сообщили ему о случившемся.

– Вах-вах! – воскликнул он. – Николай Арсентьевич, Иосиф Виссарионович, да что же это с вами?! Ведь вас же могли убить! А этого государь мне не простил бы! Я лично займусь расследованием этого безобразия. Такую дам нахлобучку полицмейстеру, что ему небо покажется с овчинку!

Я понял, что милейший Михаил Александрович хочет перевести все стрелки на полицмейстера Деминского, а сам при этом желает выглядеть белым и пушистым. Гм, посмотрим, посмотрим, насколько он будет искренно с нами сотрудничать. То-то ротмистр Познанский так нехорошо посматривает на господина губернатора. Видимо, наш жандарм уже на него что-то накопал.

– Ваше превосходительство, – сказал Познанский, когда Накашидзе наконец остановил свои словоизвержения, чтобы перевести дух, – сейчас некогда выяснять – кто прав и кто виноват. Если не принять экстренных мер, то Баку будет охвачен беспорядками, а нефтепромыслы – уничтожены. Тогда государь вас уж точно по головке не погладит!

– Да-да, голубчик, – засуетился губернатор, – вы абсолютно правы. Я немедленно приму все меры, чтобы этого не случилось. Я объявлю в городе военное положение и лично отправлюсь к полковнику Мечиславу Константиновичу Вальтеру, попрошу его поднять в ружье 262-й пехотный Сальянский полк. Пусть его солдатики возьмут под охрану нефтепромыслы и не позволят злодеям разгромить их!

Я усмехнулся про себя – воистину – гром не грянет, мужик не перекрестится. Кто мешал господину губернатору заранее предпринять решительные меры и пресечь готовящийся погром, что называется, на корню? Ладно, хоть сейчас до него наконец-то дошло – беспорядки в Баку поставят крест на его карьере.

А потом прикатили наши «мышки» на «Тигре». Погрузив трофеи, заботливо собранные на месте сражения ротмистром Познанским, они попытались бережно подхватить нас на ручки, чтобы отнести в авто, как заботливая мать несет неразумное дитя. Но тут у нас с Сосо взыграла мужская гордость, и мы решительно заявили, что доберемся до «Тигра» сами.

Обнявшись, мы захромали к машине. Со стороны все это, наверное, выглядело смешно – словно два крепко подвыпивших приятеля в обнимку бредут из духана домой. Оставалось только затянуть «Сулико».

Перед отъездом Коба о чем-то успел переговорить со Стопани. Похоже, что эти два большевика в конце концов нашли общий язык.